Собравшиеся пробежались по отчету и утвердили его. Когда они приступили к зачитыванию списка тем, Корнелиуссен заметила, что, строго говоря, не стоит начинать, пока все не пришли и спросила, где Ларс Лоландер?

Милая она женщина, эта Бет, но излишне педантичная. Она была одной из тех, кто активно поддерживал установку нового запрестольного образа, и конечно, стали слышаться перешептывания по углам. Значит, она дружит с Притцами? Она только что купила себе новую роскошную машину. Откуда у нее деньги на такое? Ерунду несли, конечно, но такое бывает иногда. У людей тут слишком мало тем для разговора. Доротея и сама билась за новый образ, потому что церкви нужны были деньги, только и всего.

Наконец Лоландер пришел, и теперь можно начинать. Он извинился и сел рядом со священником. Заметив на руке Лоландера повязку, любопытная Бет Корнелиуссен, естественно, поинтересовалась, что случилось. Выяснения этого заняли некоторое время. Присутствующие охали и вздыхали, узнав, что в ладонь Лоландера вонзилась древесная щепа. Ларс Лоландер – относительно новый член общины. Он вырос здесь, но переехал жить в другое место и сюда вернулся всего пару лет назад. Вообще-то он финансист, но сейчас на пенсии и занимается продажей дерева. С Лоландером произошел несчастный случай – при работе на распилочном станке он повредил руку.

Ну вот, кажется, все.

Теперь точно можно начинать.

По окончании собрания Доротея наконец-то проводила почти всех до двери и пошла на веранду в надежде, что двое оставшихся последуют за остальными, но нет, они продолжали сидеть.

Нура и Бет Корнелиуссен.

У них что, нет своей жизни?

Когда Доротея вошла, они о чем-то шептались.

– О чем беседа? – спросила Доротея, собирая со стола тарелки.

Женщины переглянулись, слегка смущенные, словно их застали за неприличным разговором.

– Да так, можно сказать ни о чем, – кашлянула глава совета общины.

– Да? Ну хорошо.

Доротея потянулась за посудой и хотела было сказать что-то о солнце, о том, как оно так красиво освещает кусты крыжовника, но не успела.

– Ты слышала, что говорят в центре? – тихо спросила Корнелиуссен, перегнувшись через стол.

– Нет, а что там? – заинтересовалась Доротея, опустившись на стул.

– Ну, ты знаешь, что полиция ходит повсюду и всех расспрашивает?

– Да, – кивнула Доротея. – Они были тут недавно. Двое. Один по фамилии Мунк, как у художника, а вторая тут живет у Квенвэра, про нее писали в газетах…

– Крюгер, – подтвердила Нура.

– Точно, – продолжила Доротея. – Очень милые и приятные люди, как по мне. Кажется, хорошо знают свою работу. Уверена, что они во всем разберутся.

– Да, но их больше, – продолжила Корнелиуссен. – Следователей. Кари-Анне сказала, что один из них был у нее в магазине. Задавал вопросы.

– Ходят слухи, что они кого-то ищут, – быстро проговорила Нура. – Каких-то мужчин.

– Вот как? – вздохнула Доротея.

– Спрашивают об именах, – тихо произнесла Бет.

– Точнее о сокращениях, – поправила Нура.

– Да, – проговорила Бет. – Кари-Анне сказала, что ее спрашивали, знает ли она кого-то, кого могли называть Биг Б? и Вик?

– Ох. – Доротея сложила чайные ложки сверху стопки тарелок. – Они разберутся с этим.

– Был еще один, – почти прошептала Бет. – Некий мистер ЛОЛ.

Бет и Нура переглянулись.

– И тут мне пришло в голову, когда я увидела повязку, – затараторила Нура.