- Как это по-мужски - свалить все на женщину и забиться в норку, закрыв лицо газетой! - Стелла кипела праведным гневом, смысла которого я совершенно не понимал.

- Стелла... Да что случилось - то? - Рявкнул от всей души я, прерывая обвинения. - Если что-то знаешь - говори. Не знаешь - не выкручивай мне мозг - он и так пострадал...

- Ничего я не знаю. - Быстро огрызнулась женщина. - Только чувствую. Да Альба - плешь проела, что у Вас как-то не так...

- Стелла... Наше "так или не так" - это не достояние всего коллектива! Это только мы. Мы сами решим, что у нас так или не так. Не вынося и не обсуждая. - Рука привычно потянулась к сигаретам. - Только мы сами можем принять решение. А ваша помощь - не понадобиться. Мне - точно.

В голове вертелось тысяча слов, которые хотелось вывалить на человека, выкричать и...

Осторожно освободив руку, развернулся и пошел в сторону "спасенного" магазинчика.

Чертовски сильно хотелось коньяку.

И плевать на сотрясение. Если Марша откажется пить - вылью ей на голову и пойду ночевать в лаборантскую, благо, ключ у меня в кармане.

Проблема академгородка - количество его жителей.

Продавщица, в курсе всех событий, новостей и местных сплетен, попыталась бутылку "армянского" у меня отжать, под предлогом, что после сотрясения, алкоголь, ну совершенно не полезен!

Обжегшись о мой красноречивый взгляд, пожала плечами, взяла деньги и завернула бутылку в бумажный пакет.

"А, ну да - десять утра. "Крепкое" не продают..." - Усмехнулся я еще одному идиотскому закону.

Сунув бутылку в карман, направил свои стопы в сторону дома.

Солнышко в феврале, когда без тучек, яркое и ослепительное, манящее и звонкое. Его лучики значительно разогнали мою хандру и остудили бурлящую после разговора со Стеллой, кровь.

"Интересно, Марша спит?" - Я тихонечко сунул ключ в замочную скважину и повернул его, стараясь не щелкнуть замком.

- ... Нет, папа. - Услышал я голос своей невесты, доносящийся из спальни. - Пристрели его, пожалуйста. Ни видеть, ни слышать - сил моих нет! Сегодня. Да. Приезжай. Очень жду, пап!

Оставив куртку на вешалке, прошел в кухню и поставил бутылку на стол. В самый центр.

Достал свой бокал с Плуто и Дональдом и поставил его рядом. Скрутил крышку и налил полстакана.

Встал лицом к окну, да так и замер, с чашкой в руках.

" Буду помнить хорошее

Что ж - дело прошлое

На-на-на-на-на... "

Очень, оказывается, полезно стоять спиной к человеку и смотреть в окно.

- Привет. - Марша замерла на пороге с телефоном в одной руке и теплой вязаной шапочкой - в другой. - А я встречать собралась...

Рассматривая в окне ее отражение, я любовался - ничего не поделаешь, хороша!

- Сайд? - Марша обошла меня и замерла чуть сбоку. - Что-то случилось?

- Да. Случилось. - Я поднес к носу коньяк и передернул плечами - откровенная "паленка", мать их за все концы в разные стороны. - Марша, ответь мне только на один вопрос, пожалуйста... Какого ХРЕНА происходит?!

Марша забрала у меня из рук стакан и опрокинула его в себя, залпом.

Покраснела. На глазах выступили слезы. Рот открылся, силясь сделать вдох.

"Н-да... Избаловал я девочку, хорошими напитками..." - Попытался я спрятать улыбку за тактичным покашливанием.

Марша отдышалась, поставила чашку на стол и глядя вызывающе, уже блестящими от выпитого глазами, заявила: - Сайд... Мне страшно... Я не знаю, что мне делать. Я съездила к папе и встретила там... Бывшего... Воздыхателя. Сдуру, согласилась встретиться. Оказалось, что за эти десять лет мы так изменились, что... Вобщем, я стукнула его и пошла домой. Отцу ничего рассказывать не стала, до сегодняшнего дня.