— Нет, не из-за нее. Из-за бриллиантов. Но их в ней не оказалось. Прежде чем ваши братья отошли в мир иной, они мне сказали, что вы, должно быть, их оттуда уже вынули. Они обнаружили, что фальшивое дно, которое скрывало тайник в шкатулке, было вскрыто и камушков там не было. Когда они это мне говорили, не думаю, что они лгали. — Эллерс произнес эти слова с гнусной ухмылкой и слегка пожал плечами. — Не могу сказать, что я их убил из-за этого, — добавил он. — Я покончил бы с ними в любом случае, вернули бы они мне бриллианты или нет, потому что они не должны были их вообще красть, это во-первых. Они забрали то, что принадлежало мне, поэтому должны были умереть. Все, кто переходит дорожку Рою Эллерсу, прощаются с жизнью, — заявил он мягко. — Взять, к примеру, Джастин. Она первая умерла.

— Я не понимаю. — Мора говорила с трудом, ее губы пересохли и едва шевелились.

Она спрашивала себя, сколько еще времени пройдет до возвращения Куинна. Мора думала, что ей уже ничто не угрожает, что они оба в полной безопасности, что отныне они заживут спокойно. И вдруг этот сумасшедший откуда ни возьмись свалился им на голову со своими бриллиантами! Сумасшедший, который убил Джадда и Хоумера и у которого сейчас такой вид, будто он только и ждет подходящего момента, чтобы ее убить. Ей не нравилось, как дергается уголок его губ и лихорадочно блестят глаза на внешне спокойном лице.

У него в кобуре револьвер, но он его не вынимает, заметила Мора. Она вспомнила о винтовке, которая, как всегда, стояла в углу кухни. А куда подевался «дерринджер» Серины? Кажется, она уронила его на Скалл-Рок.

— Почему вы решили, что все это имеет какое-то отношение ко мне? — спросила Мора, стараясь выгадать время. — Я вообще ничего не знала о бриллиантах, пока вы не рассказали мне о них. Я не понимаю, откуда они могли взяться в той шкатулке для украшений.

На его лице возникла мечтательная, снисходительная улыбка.

— Все это началось в Хатчетте, дорогая леди. В ночь Большой игры в покер. Дело было в январе, мела метель… — Он умолк, словно восстанавливая в памяти мельчайшие детали той зимней ночи. — Снег валил несколько дней подряд.

— Я помню ту снежную бурю, — сказала Мора.

О Господи, еще бы ей не помнить ту ночь, когда Куинн переступил порог гостиницы. Ту ночь, когда они зачали ребенка.

— Удача бежала от меня в ту ночь. Я рано накрылся, и меня попросили из игры. А потом я натолкнулся на Джастин, свою любовницу, наверху, в одной из роскошных спален салуна. Она была с другим, — пробормотал он; его глаза горели, как у безумца. — Она была голой, совсем голой в его постели. Единственное, что на ней было, — это бриллиантовое колье, которое я ей подарил.

На скулах Роя Эллерса еще быстрее заходили желваки. Мора слушала ни жива ни мертва.

— Они не догадались, что я их увидел. Я выбрался из комнаты так же бесшумно, как и вошел. И стал ждать подходящего момента.

Мора тоже ждала продолжения страшного рассказа о той ночи. И все время ее мозг отчаянно работал. Фальшивое дно в эмалевой шкатулке! Бриллианты и смерть! Смерть преследует ее с той самой минуты, когда она убежала от Джадда и Хоумера и по неведению забрала камни с собой.

— Вскоре после этого на улице началась пальба. Этим я обязан вашему мужу. Когда он убил одноглазого, я стоял в тени. Поскольку Джастин спустилась вниз как раз перед этим и прогуливалась по улице, я пошел за ней. Я улучил минуту для исполнения задуманного. Я понял, что Куинн Лесситер с дружком собрались убить друг друга на дуэли. Револьвер — не мое оружие, — с улыбкой объяснил Рой Эллерс, — но в том случае идеальное, чтобы им не воспользоваться.