— А ты и не в силах это сделать! — Он шагнул вперед и, инстинктивно подняв руки, сжал ее плечи, словно стараясь передать Дороти свою убежденность. — Видеть твое лицо, просветлевшее от радости, и твои глаза, горящие восторгом, — это никогда мне не наскучит! Я хочу знать, откуда это счастливое сияние, хочу, чтобы оно пролилось и на меня. Оно теплое, прекрасное и… — Он протяжно выдохнул, и его пальцы пробежали по телу Дороти, следуя его желанию вобрать ее в себя всю, но вынужденные ограничиться лишь позволительной нежной лаской. — Пожалуйста, не скрывай от меня ничего.

Ее грудь стала тугой как барабан, и сердце отбивало на этом барабане какой-то дикий ритм. Желание в глазах Неда заставило Дороти почти потерять контроль над собой, и все же слабый голос здравого смысла пробивался сквозь ураган чувств, напоминая о том, чем вызвано ее страстное желание защититься от Неда.

— Ты хочешь услышать о купании Джоанны?

— Да. Что-нибудь. Все! — с горячностью ответил он.

Дороти издала короткий нервный смешок. Ее ресницы опустились в попытке скрыть все увеличивавшееся внутреннее смятение.

— В нем не было ничего особенного, правда, — отговорилась она, мучаясь сомнениями.

— Дороти, мне интересно все! — Он нежно приподнял пальцем ее подбородок, чтобы увидеть любимые глаза, и просительно улыбнулся: — Ты всегда так забавно рассказывала мне о происшедшем за день. Доставь мне удовольствие, позволь послушать тебя снова.

Она попробовала расслабиться, попробовала ответить, но все, что приходило ей в голову, казалось безнадежно плоским. Ее рассказ прозвучал бы натянуто и фальшиво.

— Прости, Нед. У меня пропало желание рассказывать.

— Позволь, я приготовлю тебе что-нибудь выпить. — Он отпустил ее и прошел в кухоньку, оживленно болтая, словно уговаривая быть с ним прежней. — Раньше ты пила шерри. Тебе можно чуть-чуть или ограничимся чаем? Скажи, чего ты хочешь.

— Немного шерри, думаю, не повредит, — решила она. — Бутылка стоит в шкафу рядом с холодильником. Просто плесни на лед. — Ей будет полезно немного остыть.

— Хорошо. Сию секунду!

Дороти взобралась на табурет по другую сторону кухонной стойки, не предлагая помощи и предоставляя ему все искать самому. Ей было нужно время, чтобы прийти в себя и выбрать линию поведения. Трудно было отказать себе в удовольствии просто любоваться Недом, уверенно передвигавшимся по кухне и смешивавшим напитки так, словно он находился у себя дома. Но не нужно забывать о том, что все может измениться, как только она введет в заданное уравнение дочь, превратив ситуацию в тест.

— Ну как? — спросил он, ставя перед ней стакан, полный колотого льда, который был слегка окрашен янтарным шерри.

— Прекрасно! Спасибо.

— Не за что. А теперь скажи, чего бы тебе хотелось на обед. Сегодня готовлю я.

Дороти отпила из своего стакана, стараясь придумать, как получше сказать ему, что она стеснена во времени.

— Ты просто сиди и отдыхай, а я все сделаю, — продолжал он, давая понять, что не собирается вовлекать ее в интенсивное общение.

— Мы не сможем сегодня долго пробыть вместе, Нед. У меня на семь часов назначена примерка свадебного платья в демонстрационном зале Трейси, а до этого я должна успеть покормить Джоанну. Если тебя это не устраивает…

— Нет, я не могу позволить тебе опуститься до пренебрежительного отношения к еде! — Он покачал головой, нахмурил брови и взглянул на часы: — Пять сорок две. Я сумею приготовить нормальный обед к шести тридцати. Во сколько ты обычно кормишь ребенка?

— В шесть.