Как удачно все складывалось! — думала Дороти, приводя платье в порядок. Напряжение, вызванное необходимостью устраивать Неду проверку, исчезло. Когда она вернулась в гостиную, Нед засуетился, устраивая ее и малышку поудобнее в кресле, предлагая принести что-нибудь. Лицо его светилось, когда он увидел Джоанну в действии, — скрыть торжество счастливого отца было невозможно, да Нед и не пытался.

— Этот ребенок, несомненно, знает, чего он хочет! — прокомментировал он, тепло глядя на девочку.

У Дороти внутри все сжалось.

Ее грудь в этот момент была очень чувствительной. Крошечный ротик, теребивший сосок, остро напомнил ей о многих ночах любви с Недом. Вспоминает ли и он об этом сейчас?

Ощущение близости постепенно возрождалось.

— Расскажи мне, как ты жил, Нед, — быстро попросила она. — Что с работой и со всем остальным?

И потекла гладкая беседа.

Нед вообще очень заботился о том, чтобы Дороти было легко с ним. Восемь месяцев разлуки и причину, повлекшую их, следовало забыть, иначе они не сдвинутся с мертвой точки!

Не исчезнет ли добродушие Неда, размышляла тем временем Дороти, после того как пройдет первое упоение вновь обретенной близостью? Джоанна неизбежно будет становиться все требовательнее.

К тому моменту, когда Дороти закончила возиться с Джоанной, поменяв в очередной раз подгузник, Нед уже приготовил еду. Она вынесла в гостиную колыбельку и поставила рядом с плетеным диваном. Джоанна все еще бодрствовала, блаженно лепеча о чем-то своем, и Дороти решила не упускать ее пока из виду. Надо надеяться, что все будет в порядке, когда она оставит ее с отцом.

К своему удивлению, Дороти обнаружила, что у нее разыгрался зверский аппетит. Она с удовольствием поглощала пищу, оттаяв в обществе Неда. Он даже упросил ее рассказать о купании Джоанны и хохотал над описанием первого прикосновения к воде, заставившего малышку замереть, и над интерпретациями испуганных выражений на ее лице в исполнении Дороти.

Все было так похоже на то веселье, которое они делили когда-то! Дороти была в прекрасном расположении духа, когда собиралась на назначенную встречу. Последний взгляд на Джоанну… И ее оптимизм весь испарился. Крошечные кулачки были сжаты, а лицо сморщилось. Эти симптомы были уже хорошо известны молодой маме.

— О нет! Только не сейчас, — застонала она.

— Что случилось?

— Джоанна собирается испачкать пеленки. Что мне делать?! — возопила она, в панике глядя на часы. — Я не могу опаздывать. Я вернусь и помою ее, как только отпущу Энн. Если Джоанна заплачет…

— Не беспокойся! — Нед сжал ее плечо, чтобы унять панику, и со спокойной уверенностью взглянул на Дороти. — Я позабочусь об этом. Надеюсь, в спальне я найду все необходимое? Чистые пеленки, детское масло, салфетки, тальк?

— Да, но…

— Я все сделаю, Дороти. Положись на меня. Иди и работай. Все в порядке.

— Но ты же никогда этим не занимался, Нед! — выкрикнула Дороти, в ужасе перед перспективой оставить Неда один на один с детской неожиданностью, от которой того может просто вывернуть наизнанку.

— Утром у меня было практическое занятие, — успокоил он. — Теперь я специалист.

— Что?! — Недоверие заставило померкнуть ужас.

— У Джима Вентуры родился сын. Именно поэтому я и оказался в больнице. Я уговорил его жену дать мне пару уроков пеленания, — самодовольно заявил он. — Клянусь, я имею делать это не хуже тебя.