– Эйприл? – сказал он в трубку.

«Эйприл», – одними губами произнес он мне. Роберто – душка, но не самый смекалистый парень.

– Дай трубку? – шепнула я, но Роберто уже убирал телефон в чехол.

– Она сказала, что их не очень устроило твое, кхм, согласие.

– Что? Роберто, я согласилась на все условия…

Я невольно повысила голос. Личиночные существа на диванах слегка встревожились. Как и Роберто, пытавшийся потихоньку дезертировать в коридор.

– Дай мне переговорить с Эйприл, – взмолилась я, протягивая руку к его телефону.

Роберто помотал головой.

– Роберто. – Я будто со стороны слышала, как срывается мой голос от одной мысли о злорадной ухмылке Габби, когда я вернусь в редакцию с пустыми руками. – Я не могу вернуться без статьи!

– Слушай, Кэнни, мне очень, очень жаль…

Он колебался. Я же видела! И вот тогда миниатюрная женщина в черных кожаных сапогах до колен, цокая высокими каблуками, прошла по длинному мраморному коридору. В одной руке – сотовый, в другой – портативная рация, на гладком, тщательно нарисованном лице – самое серьезное выражение. Она могла сойти либо за очень зрелую двадцативосьмилетнюю, либо сорокапятилетнюю с великолепным пластическим хирургом. Эйприл, как пить дать.

Она окинула меня холодным пренебрежительным взглядом, увидела и прыщ, и гнев, и черное платье, и сандалии с прошлого лета, гораздо менее модные, чем у любой из диванных личинок. Затем повернулась к Роберто:

– Проблемы?

– Это Кэндис, – робко указал на меня тот. – «Икзэминер».

Эйприл пристально уставилась на меня. Я прямо почувствовала – буквально почувствовала! – как от ее взгляда прыщ на лбу стал увеличиваться в размерах.

– Проблемы? – повторила Эйприл.

– Еще пару минут назад не было, – ответила я, стараясь выдержать ровный тон. – У меня назначено интервью на два часа. Роберто говорит, что его отменили.

– Все верно, – любезно произнесла Эйприл. – Мы решили ограничить печатные интервью крупными изданиями.

– По воскресеньям «Икзэминер» выходит тиражом в семьсот тысяч экземпляров, именно в этот выпуск мы планировали статью о Макси. Мы четвертый по величине город на Восточном побережье. Плюс никто не потрудился мне сообщить, что интервью отменяется.

– Это обязанность Роберто. – Теперь Эйприл устремила пристальный взгляд на него.

Для Роберто это явно было новостью, но перечить мисс кошечке с хлыстом он не собирался.

– Прости, – промямлил он мне.

– Извинения – это хорошо, – ответила я, – но, как я уже говорила Роберто, в воскресном выпуске у нас теперь дыра и я впустую потратила на вас выходной.

Чисто технически – я преувеличивала. Статьи частенько срывались, и, как, вероятно, знала Эйприл, мы просто закрывали дыру чем-то еще. Касаемо же потраченного выходного, то, каждый раз получая бесплатный билет до Нью-Йорка, я всегда находила, чем заняться.

Но меня переполняла ярость. Вот это у людей наглости хватает! Так со мной обращаться и нисколечко этого не стесняться!

– Неужели Макси не сможет уделить мне всего несколько минут? Раз уж я здесь?

Тон Эйприл стал много менее любезным.

– Она и так опаздывает и сегодня днем вылетает обратно на место съемок. В Австралию, – подчеркнула Эйприл, словно я, деревенская мышь, ни разу о таком месте не слышала. – К тому же, – продолжила она, открыв маленький блокнот, – мы уже запланировали телефонное интервью с вашим начальником.