«Волга» замедлила ход, я перешел на другую сторону, поднял руку. Хаджинур тем временем заглушил мотор и тоже вышел из машины. Это решило исход — «Волга» встала: работника милиции знали.

— Прокурор бассейновой прокуратуры участка, — представился я, подходя к стеклу водителя. — С кем говорю?

Лысый, приземистый толстяк, сидевший за рулем, вырубил магнитофон, показался из машины. Внешность его была заурядной — усы подковой, выбритый подбородок, мясистые щеки.

Словно не доверяя мне, он обратил взор на старшего опера.

— Это прокурор Восточнокаспийской водной прокуратуры… — подтвердил Хаджинур.

— Ваша фамилия? Кто вы? — спросил я. — Куда ездили?

— Вы новый прокурор? — До него наконец дошло. — Я — Вахидов, работаю в отделе снабжения сажевого комбината…

— Он посмотрел на меня. — Я здесь по указанию Кудреватых… Он в курсе.

Я не спросил, кто такой Кудреватых, заметив, что Орезов реагирует с вниманием и даже почтительностью.

— Все согласовано… — заверил Вахидов. Другие водители машин, поняв, что произошло, съехали с трассы и теперь объезжали нас через пустыню.

— Вы тут новый человек, наших дел не знаете. — Вахидов смотрел на меня с сочувствием. — Условия работы на комбинате трудные, поставлена задача дать людям прибавку к столу… В первую очередь — витамины. — Он пригладил усы. — Человек, ежедневно употребляющей рыбу, имеет меньше шансов получить такие болезни, как стенокардия, язва желудка, остеохондроз. Если помните, раньше каждому ребенку в детском саду давали пить рыбий жир! Ежедневно!..

— Объясните механизм добывания витаминов… — прервал я.

— По официальным каналам многое запрещено, но…

— Откройте багажник!

Вахидов посмотрел на меня как на человека совершенно безнадежного:

— Я же объяснил: все в курсе!

— И все-таки покажите багажник…

Последняя машина, съехав с трассы, была уже далеко позади нас, когда Вахидов, побурчав еще для видимости, открыл багажник. В нем ничего не было.

Снабженец перехитрил меня.

— Можете ехать, — сказал я. — Извините.

— Ничего. — Он с трудом удержался, чтобы не засмеяться. Я представлял, что онбудет говорить за моей спиной. — На то мы и организация, ведающая рабочим снабжением. — Он включил зажигание. — Народ надо кормить! Пока!

— Теперь пойдут разговоры… — заметил Хаджинур, когда мы отъехали. Восточнокаспийск — город небольшой.

— Кто такой Кудреватых?

— Крупная фигура. Герой Социалистического Труда. Депутат. Директор сажевого комбината… Он обязательно вступится за своего снабженца… — Мы ехали быстро. Монолог старшего опера растянулся на несколько километров. Дело в другом. Случай этот с Вахидовым поставил вас на какую-то позицию… Понимаете? Теперь все друзья Кудреватых, даже если они вас не знают, — ваши враги…

— Еще ничего не совершив, мы попали в большие забияки, — пошутил я.

— Начнут говорить: «Новая метла!» Мы проехали еще с десяток километров, никого больше не встретив, не увидев ничего, кроме темных, окруженных заборами «козлятников», разбросанных по берегу. Уже собравшись развернуться, мы увидели впереди пламя костра.

— Лодка горит, — сказал Хаджинур.

Отблески костра взбегали на барханы, стоило огню вспыхнуть чуть ярче, и снова сжимались, подвижные, как мехи гармони.