— Поставь! Да, поставь же меня! — рассмеялась она и, когда встала на ноги, продолжила: — Я хочу, чтобы у малыша была уютная спаленка с видом на цветущий сад, и белая колыбелька, и будущее! Беззаботное будущее! Ради этого я готова на все, любимый! И Намина наш единственный шанс!

— Ох, Лин! — вся скорбь планеты отразилась на лице юноши. — Я хочу одного, чтобы у нас и малыша была жизнь! Ты собираешься влезть в слишком рискованное предприятие. Как бы нам не потерять все…

— Лишь за риск платят большие деньги. Это наш шанс, и я не хочу упустить его! Я все равно проберусь к ней! Так ты со мной?

— Я с тобой! Я всегда с тобой, Линити. Хотя сейчас, мне кажется, что мы совершаем большую ошибку. Но будь по-твоему…

Молодой мужчина завозился около массивной двери и через какое-то время распахнул ее перед девушкой.

— Иди за мной следом. Будем надеяться, что начальник охраны не хватится меня.

Он пошел вперед по узкому коридору, и девушка едва поспевала за ним. Каждый шаг отражался гулким эхом от серых каменных стен. Свет едва мерцал, и от этого темнота казалась зловещей.

— Кто здесь? Это ты, Рал?

От хриплого окрика Линити вздрогнула и прижалась к стене.

— Да, Твон! Пока начальник спит, решил сходить к Питу и расспросить его о последнем визите к «Танцующим кошечкам», — ответил ее возлюбленный. — Грядет увольнительная.

— Он тебе порасскажет… — сипло рассмеялся второй охранник. — Что ж, иди, старшему скажу, что ты по нужде отлучился.

Пропустив девушку вперед, юноша юркнул следом в неприметный узкий коридор. Какое-то время они петляли, сворачивая, то направо, то налево. Пригибались, проходя мимо дверей со смотровыми окошками. А потом уперлись в тупик. Коридор заканчивался неприметной дверкой.

— Иди, она там, — прошептал Рал. — Я буду ждать тебя здесь. И поторопись, во имя всего святого!

— Так мало охраны… — Лин подозрительно осмотрела все ответвления коридора, которые сливались в этом месте.

— Мы прошли по служебному пути. О нем мало кто знает. Поспеши! — притянув девушку к себе, Рал легко поцеловал ее и подтолкнул в направлении двери.

Маленькое зарешеченное окошко находилось как раз на уровне глаз Линити.

— Госпожа! Госпожа! — тихонько позвала она.

— Кто здесь? — раздался тихий голос с властными нотками. Даже в камере Намина оставалась настоящей императрицей.

— Это я — Линити.

— Ты пришла, моя птичка, — голос чуть смягчился, и из темноты помещения к окошку шагнула Намина.

Линити ахнула, увидев свою хозяйку. Высокая прическа, которую она сама помогала делать к приему, распалась, и теперь темные, некогда блестящие пряди безжизненно змеились по плечам, спадая на груть. На лице императрицы виднелись ссадины и синяки, но зеленые глаза горели по-прежнему.

— Госпожа! — воскликнула девушка, в ужасе прижав ладошку ко рту.

— Все хорошо, Линити. Все будет хорошо, слышишь? — императрица взглянула на служанку. — Ты принесла то, что лежало в тайнике?

— Да… — Лин быстро вытащила из-за корсажа платья два маленьких одинаковых флакона и передала их Намине через прутья решетки.

— Отлично, моя девочка! Надеюсь, о том, что ты здесь, не знает никто?

— Что вы, Ваше величество. Только мой жених Рал. Он помог мне попасть сюда, но я не посвящала его в ваши планы, — зашептала Линити.

— Спасибо тебе, моя маленькая птичка, — Намина улыбнулась и протянула служанке один из пузырьков.