— Все когда-то бывает впервые.

— Не для меня. Я господин и бог.

— Это точно.

Молчание.

— Надеюсь, ты понимаешь, что твоя мать, скорее всего, уже мертва? Я приказал моим преторианцам вышвырнуть ее за городские стены. И если ее до сих пор не ограбили и не убили, то она должна валяться без сил в какой-нибудь придорожной канаве, и мне не составит большого труда ее найти.

Викс посмотрел на императора.

— Мне ничто не мешает уже завтра отправить моих людей на ее поиски и привести ее во дворец. Скажи, ты был бы этому рад?

Викс столь резко подался вперед, что Павлин схватился за кинжал.

— Оставь ее в покое, — сказал мальчишка императору.

— Это с какой стати? — спросил тот слегка снисходительным тоном.

— Давай заключим сделку. Оставь в покое ее. Оставь меня себе.

— А ты наглец. Оставить тебя, чтобы ты при случае вогнал мне в спину нож?

— Чтобы жизнь не казалась скучной.

«Ты с ума сошел, — подумал Павлин с чем-то похожим на восхищение. — Но ты явно не так глуп, как я о тебе думал».

Домициан в задумчивости наклонил голову.

— Скажи, ты боишься меня?

Викс посмотрел на него словно на идиота.

— Одно твое слово, и тот красавчик у стены выпустит из меня потроха. Конечно же, боюсь. Уже почти обосрался от страха.

Домициан вопросительно посмотрел на него.

— Тебе же гордость не позволяет заключить сделку с рабом, — продолжил подначивать императора Викс. По его лбу градинами катился пот. — Ты, лысеющий урод…

Долгая, колючая пауза. Павлин поморщился. Нужно быть врагом самому себе, чтобы осмелиться подшучивать над поредевшей императорской шевелюрой. Последний, кто это сделал…

— Это почему же? — задумчиво отозвался Домициан. — Не думаю, что гордость мешает мне заключить сделку с рабом, Верцингеторикс.

Викс протянул ему руку. Невероятно, но император ее принял. Ладонь к ладони. Плоть к плоти. Пальцы сомкнулись. Костяшки побелели. Кто же первым поморщится от боли?

Они продолжали смотреть друг другу в глаза. Ни тот ни другой не разжал пальцев.

— Ну что ж, — добродушно произнес в конце концов Домициан, — думаю, ты меня не разочаруешь. Твоя мать всегда доставляла мне удовольствие своей храбростью, но, похоже, ты превзошел ее, Верцингеторикс. Или просто Викс?

— Только мать завет меня Викс.

— Я вполне мог бы быть твоим отцом, будь ты на пару лет младше. Интересно… впрочем, нет, вряд ли.

— Нет, бог все-таки есть, — пробормотал Викс, и Павлин наконец смог увести его.

— Ты с ума сошел, — едва слышно прошипел он. — Кто так разговаривает с императором? Это даже хуже, чем ударить его ножом.

— Мама говорила, он любит играть с людьми в игры, — простодушно ответил Викс. — Вот я и решил попробовать.

Он увернулся от Павлина и принялся поправлять тунику, и префект заметил на светлой ткани темное пятно. Оказывается, храбрец обмочился!

— Смеешься надо мной? — свирепо спросил его Викс. — Только попробуй, и я пущу тебе из носа кровянку. Красавчик преторианец, ты думаешь, что ты такой смелый? — И он попробовал толкнуть Павлина в грудь.

— Нет, — вздохнул Павлин. — Я над тобой не смеюсь.

И он повел Викса назад в его комнату.

Императорский двор гудел. Павлин слышал за спиной перешептывания.

— Вы слышали, этому мальчишке отвели комнату рядом с императорскими покоями.