— Ни в коем случае! — запротестовала Триста. — Я привезла ее с собой из Сан-Франциско и заплатила за нее… впрочем, не важно. Возьми какую-нибудь в прачечной, Вилли, и не приводи его сюда больше.

Довольно ухмыляясь, Вилли потащил косматого великана из комнаты.

— Только посмотрите на этот беспорядок, — проворчала Мэри. — Держу пари, теперь вы оба остались голодными.

— Да, мэм, — согласился Уэбб. — Я пропустил завтрак.

— И ленч, — добавила Сахарная Энн, заглядывая в буфет в поисках чего-нибудь съестного.

— У меня есть остатки вчерашнего цыпленка, — сжалилась Мэри, — и немного пудинга с персиками. Садитесь, сейчас я вас покормлю. О'Тул, ты бы лучше отправлялся, если вправду собираешься отвезти одежду, которую мы собрали, в церковь. Да не забудь захватить пирог и коробку бутербродов мистеру Андервуду.

Дональд кивнул и поспешил исполнить указания Мэри, а тем временем Уэбб выдвинул стул для Сахарной Энн.

— Спасибо, — сказала она, садясь. — Ты хорошо спал?

— Как убитый.

Флора громко фыркнула, потом закашлялась. Триста крепко взяла ее за руку.

— Нам придется что-то попросить от простуды у доктора Айкена. А пока давайте вернемся к нашим делам.

Сахарная Энн прикусила губу и сидела, опустив глаза, пока дамы не вышли из столовой.

— Думаю, они слышали, — прошептала она.

— Ничего удивительного. Ты визжала, как молодой поросенок, которого режут.

— Грубиян! — Она шлепнула его салфеткой. — Чрезвычайно невежливо с твоей стороны упоминать об этом. Ты ведь тоже не молчал.

Уэбб усмехнулся, поймал ее руку и поцеловал.

— В следующий раз я постараюсь вести себя потише.

От этой мысли у нее потеплело на душе. Следующий раз! В то утро она ничего не загадывала, зная, что скоро уедет в Новый Орлеан. Уэбб — рейнджер штата Техас, и он не останется в Галвестоне заниматься бизнесом Тристы. Он дал ясно понять, что это просто временное дело. Она должна отправляться своей дорогой, а он — своей, и тогда у них обоих не будет никаких проблем.

Но она вряд ли уедет в Новый Орлеан до понедельника или даже до вторника — все зависит от поезда и наличия свободных мест. До понедельника еще два дня.

Два дня. Или по крайней мере полтора. Зато целых две ночи.

Она расправила салфетку на коленях и улыбнулась.

Позднее в тот же день, когда все занимались своими делами, Сахарная Энн постучала в дверь Тристы.

— Войдите.

Толкнув дверь и обнаружив Тристу в кровати, Сахарная Энн сказала:

— Надеюсь, я не потревожила тебя?

— Нет-нет, детка. Входи. Просто я решила немного отдохнуть: старые кости отказываются выносить длинные ночи с такой легкостью, как прежде. Посиди со мной. — Она похлопала рукой по постели. — Как наш новорожденный?

— Кажется, прекрасно, хотя я мало что смыслю в младенцах. Он почти все время спит и уморительно корчит рожицы. Думаю, из Фиби получится хорошая мать. Что касается миссис Тэрнипсид, она просто сокровище. Оказывается, у нее было три сына. Мужа и двух старших сыновей она потеряла на войне, а младший погиб на грузовом судне четыре года назад. Теперь она осталась одна. Я так рада, что она нянчит младенца. Фиби ее просто обожает.

— Я так и думала. Фиби необходимо материнское руководство.

Теребя выбившуюся из одеяла нитку, Сахарная Энн изложила то, за чем пришла.

— Я не решалась уехать, пока ты не поправишься, но, думаю, теперь ты хорошо себя чувствуешь, и…

— Ты по-прежнему хочешь найти Эдварда Херндона?

— Да.