— Пусть принесут статую богини Опет, — приказал Сетау, — я возвращаюсь в лабораторию. Лекарь должен смочить губы девочки, ничего другого не делать!

Опет, самка гиппопотама, была покровительницей повитух и кормилиц. В небе она принимала форму созвездия, которое напоминало Большую Медведицу. Эта богиня обладала невероятной силой. Наполненную материнским молоком и положительной энергией, статую принесли из Храма Жизни и поставили у изголовья кроватки Меритамон.

Ее присутствие успокоило ребенка. Меритамон снова заснула.

В комнату вошел Сетау, в каждой руке он держал по осколку, выточенных из слоновой кости.

— Этого должно быть достаточно, — сказал Сетау.

Он положил один осколок на живот девочки, а второй — на ножки. Меритамон по-прежнему лежала неподвижно.

— Теперь она под защитой. Колдовство разрушено и заклятья сняты.

— Она спасена? — спросил Рамзес.

— Только молоко спасет ее от смерти. Если желудок по-прежнему не будет принимать пищу, она умрет.

— Дай ей твое лекарство.

— Дай ей его сам.

Очень осторожно Рамзес открыл рот девочки, которая по-прежнему тихо спала, и влил лекарство в маленький ротик Меритамон. Париамак отвернулся.

Через несколько секунд Меритамон открыла глаза и закричала.

— Быстрее, — сказал Сетау, — молока!

Рамзес взял дочь на руки и поднес ее к богине Опет, из груди которой струилось молоко.

Меритамон жадно сосала живительную жидкость, едва успевая переводить дух.

— Что ты хочешь, Сетау?

— Ничего, Рамзес.

— Я назначаю тебя главным дворцовым магом.

— Пусть они обойдутся без меня! Как чувствует себя Нефертари?

— Просто удивительно. Завтра она уже пойдет на прогулку в сад.

— А малышка?

— Ее жажда жизни просто неугасима.

— Что предсказали ей семь провидиц?

— Черная вуаль, которая скрывала судьбу Меритамон разорвана, они видят платье жрицы, благородную женщину и камни храма.

— Суровую жизнь, скажем так.

— Ты не признаешь богатство?

— Мне достаточно моих змей, скорпионов и моей Лотос.

— Твои знания безграничны. Что касается приготовления ядов, они будут приобретаться моими лекарями для больниц по самой подходящей цене.

— Я отказываюсь от этих привилегий.

— Это не привилегии. Просто твои снадобья превосходного качества, это вознаграждение за твою работу.

— Если я осмелюсь…

— Осмелишься.

— У тебя есть еще красное вино из Файюма.

— Завтра тебе доставят несколько амфор.

— Это будет стоить сотни пузырьков с ядом.

— Позволь мне подарить тебе это вино.

— Я не люблю подарков, особенно от Фараона.

— Это подарок от друга. Как тебе удалось спасти Меритамон?

— Мои змеи меня многому научили, остальное я узнал у Лотос. Мастерство нубийских чародеев несравненно. Амулет, который твоя дочь носит на шее, избавит ее от многих бед, при условии, что он будет каждый год обновляться.

— Дом, выстроенный специально для твоих исследований, ждет тебя, тебя и Лотос.

— В центре города! Это смешно… Как же мы сможем изучать змей? Для этого необходима пустыня, ночь и опасность. Кстати, об опасности… Это колдовство очень необычно.

— Объясни.

— Мне пришлось использовать сильные средства, чтобы снять заклятье. Мы имеем дело с колдовством другого народа: сирийцев, ливийцев или евреев, если бы я не использовал три магических осколка слоновой кости, я бы не смог разрушить заклятье.