– Думаю, мне стоит перед ним извиниться, – наконец тихо проговорила Таэн.

Ей никто не ответил, и, подняв голову, она увидела, что стюарда больше нет рядом. Наверное, он решил дать ей спокойно подумать над его словами; и девушка вздохнула с облегчением, благодарная за понимание и такт. По крайней мере, ей не придется разбираться с этим прямо сейчас, когда у нее едва хватает сил, чтобы не заснуть.

Таэн вздохнула, сползла со скамьи, свернулась калачиком у теплой стены гостиницы и погрузилась в сон.

День близился к вечеру, тени удлинились, и, как всегда в этот час, из своего убежища в конюшне вышла безумная слепая старуха – жрица источника. Прошли десятилетия с тех пор, как племена в последний раз собирались на этой площади, но она все еще носила обычный плетеный кожаный наряд своего народа. Шаркающей походкой старуха двинулась вдоль стены, у которой спала сновидица, и, проходя мимо Таэн, на мгновение обратила в сторону девушки невидящие глаза. Жрица почувствовала смутное беспокойство, попыталась понять, откуда оно пришло, но нить ее мыслей быстро затерялась в путанице других сбивчивых мыслей, порожденных старческим слабоумием. Бормоча себе под нос и тряся седой головой, жрица зашаркала к крыльцу кухни, где ее, как обычно, ждала дочка хозяйки с кружкой молока.

Таэн спала до тех пор, пока на закате ее не разбудил капитан «Меч рыбы». Она едва успела перекусить, пока матросы седлали коней во дворе, – и отряд продолжил путь.

Они ехали всю ночь, останавливаясь лишь ненадолго, чтобы дать передохнуть лошадям; все это время Корли не приближался к сновидице.

К рассвету отряд добрался до Красной реки, и, не желая терять ни одной лишней минуты, капитан продал лошадей первому попавшемуся табунщику и швырнул паромщику солидную часть вырученных денег.

Торговцы, которых оттеснили в сторону, ругались на чем свет стоит, пока матросы грузили на паром пожитки. Завернутая в одеяла Таэн, проспавшая в чужом седле большую часть пути, не проснулась и тогда, когда ее внесли на паром. Не проснулась она и на борту «Безлунного», который поспешно вышел в море.

Вскоре берега Дикого Хэлла исчезли за кормой – бригантина под всеми парусами шла к острову ваэре.

6. СОВЕТ ДЕМОНОВ

ФОНАРИ с красными стеклами озаряли главный зал Храма Теней мрачным кровавым светом. В примыкающих к залу коридорах нетерпеливо сновали демоны всех видов и размеров, а на полу, рядом с зеркальным бассейном, лежал только что вылупившийся оборотень карас. Лорд Скайт сидел на своем троне, сделанном из человеческих костей, положив тощие руки на подлокотники. В зале царила полная тишина; и зрячие демоны, и те, что были лишены способности видеть, а пользовались вместо этого другими органами чувств, сосредоточили внимание на человеке, стоявшем на коленях у ног Скайта.

– Встань. – Повелитель Храма Теней на мгновение прикрыл чешуйчатыми веками злые желтые глаза. – Расскажи, какие вести ты нам принес.

Человек, известный под именем Маэлгрима, коснулся лбом пола.

– Как прикажете, великий повелитель. – Он выпрямился, звеня браслетами на запястьях.

Магия, которую юноша черпал из силы тьензов, не прошла для него даром: он сильно исхудал, его нестриженые грязные волосы ниспадали до самых плеч.

По залу пронесся шепот, похожий на шорох сухой листвы, когда Маэлгрим, подняв голову, посмотрел на сидящего на троне владыку демонов холодными голубыми глазами. Потом он начал отвечать на вопрос Скайта, прибегая то к словам, то к мысленным образам, которые не понял бы ни один человек.

– Она ушла, посланная ваэре сновидица. Я мог бы легко ее убить, но вы приказали мне этого не делать, и я подчинился.