— Присаживайтесь, — сказал я, повернув голову.

Позади меня стоял немолодой мужчина, чисто выбритый, аккуратно причёсанный и весьма довольный собой. Одет он был по моде нашего мира, пиджак и брюки из плотной ткани, а на ногах башмаки с длинными узкими носами.

— Даниил, — представился он, протягивая руку. — Неофициальный глава нашей диаспоры в Веронке, прибыл сразу, как только получил информацию о вас.

— Олег, — сухо представился я, пожимая протянутую руку, в глаза бросилось, что мой собеседник, при достаточно интеллигентной внешности, имел руки рабочего, сильные, мозолистые и даже, кажется, железная пыль в них въелась.

— Сразу скажу, что наша диаспора в этих местах насчитывает всего двадцать человек, вы будете двадцать первым, — сообщил он.

— А если не буду? — лениво спросил я.

— Тогда зачем же вы сюда прибыли? — растерянно спросил он и тут же добавил, — хотите вина?

Вина мне не особо хотелось, так, попробовать только. Я кивнул. Он что-то громко сказал бармену, тот моментально засуетился и скоро на нашем столе материализовался небольшой кувшин с красным вином.

— Вино здесь отменное, — сообщил Даниил, наливая в два оловянных стакана. — Так вот, если не трудно, поведайте мне, зачем и как вы сюда прибыли? Вам ведь всё равно понадобится наша помощь, хотя бы, в качестве переводчиков.

Мы выпили, вино и правда было отличным. Спирта мало, а вкус райский.

— Предлагаю общаться на ты, — сказал он, промокнув губы салфеткой.

— Как скажешь, — не стал я упорствовать. — Итак, зовут меня Олег Бортман, по специальности я токарь, работал на заводе, прибыл сюда через оружейный магазин в Москве, прошёл через пустоши и прибыл в город, по пути невольно поучаствовал в охоте одного графа, спас его от смерти метким выстрелом.

— Что за граф? — спросил он, смакуя каждый глоток вина.

— Эйнар… Мукден. Кажется. Не помню точно.

— Да, такой граф есть, более того, довольно известная и могущественная личность в этих краях, несмотря на молодость. Если ты заслужил его благодарность, это большой плюс.

— Может быть, — спорить не хотелось, поэтому я просто со всем соглашался. — Можно узнать, как тут обстоят дела?

— Для нас всё прекрасно. Человек из нашего мира, тем более, умеющий делать что-то полезное руками, всегда найдёт себе работу по душе. Конкретно у меня есть оружейная мастерская, а толковый токарь займёт в ней далеко не последнее место. Ты только представь, каково тут с технологиями?

— И?

— И всё. Местные готовы платить огромные деньги, чтобы получить что-то новое. Нарезная винтовка под унитарный патрон стоит, как роскошный дом в пригороде, и все аристократы, хоть и говорят о своём презрении к огнестрельному оружию, встают в очередь, чтобы такую заполучить.

— Что-то у графа я подобного не заметил.

— Охота для них — это прежде всего спорт, а потому используют арбалеты.

— Он того быка вообще пытался кинжалом заколоть, — вспомнил я.

— Это на него похоже, — согласился мой собеседник, снова разливая вино по стаканам. — Отчаянный человек, боюсь, не умрёт своей смертью. Но это его дело. Так вот, новые технологии. Электричество, металлургия, геология. Заметь, этот город всего десять лет назад стал нормально отапливаться, с тех пор окрестные леса выросли заново, а всё потому, что наш человек разыскал неподалёку богатые угольные копи. По указу местного мэра ему углекопы отстёгивают пять процентов выручки. Это немало. А химия, да на одном бездымном порохе можно огромное состояние сделать, а мы ведь даже капсюли умеем производить, в больших количествах, только не выбрасываем на рынок, чтобы не сбивать цены.