Компьютер наконец-то проснулся. Однако сделал это чисто по-человечески и до боли знакомым образом: пройдет еще несколько минут, прежде чем он начнет соображать как следует. Ривер запустил браузер.

– Думаешь, Хо прав? – сказала Сид. – Это «Аль-Каида»?

Ривер хотел было сострить, но прикусил язык – какой смысл?

– Ну а кто еще? Будто это в первый раз случается.

Оба помолчали. Оба вспомнили, как несколько лет назад подобным образом в прямом эфире обезглавили заложника просто за то, что он был гражданином западной страны.

– Они наверняка должны быть на радаре, – сказала Сид.

Ривер кивнул.

– Все, чем мы занимаемся, и тут, и в Риджентс-Парке, и в Челтнеме, – это же все не просто так. Мы же работаем. Как только станет известно, кто этот мальчишка и где все это происходит территориально, тут же составят список потенциальных подозреваемых. Ведь правда?

Компьютер наконец-то подключился к интернету.

– Какой там адрес?

– Секунду.

Мгновение спустя на экране всплыло уведомление о поступившем сообщении. Он нажал на ссылку в сообщении, и неприметный логотип госструктуры в окне браузера сменился уже знакомой картинкой: пацан, мешок, подвал.

За несколько минут, прошедших с тех пор, как они вышли из кабинета Хо, ничего не поменялось.

Они снова смотрели в молчании. Но молчание это отличалось от того, которое обычно царило в этом кабинете. На этот раз молчание было совместным, нежели продиктованным взаимным стеснением.

Но если у кого-то из них были надежды на то, что молчание нарушится голосом из подвала, им не суждено было сбыться.

– На мониторинг экстремистских организаций тратится огромное количество времени, усилий и средств, – сказал наконец Ривер.

Сид уже и забыла про свой вопрос.

– Но прямых разведданных – кот наплакал.

– Агентура, – сказала она.

В любой другой день Ривер бы саркастически ухмыльнулся.

– Да, агентура, – подтвердил он. – Одно время инфильтрация в экстремистские группировки была парой пустяков.

– Ты так говоришь, будто сам этим занимался.

– Я вырос на этих историях.

– Твой дед, да? – спросила Сид. – Твой дед был Дэвид Картрайт, так?

– Им и остается.

– Я имела в виду…

– Он жив-здоров. Как дай бог всем. – Ривер оглянулся; Сид, отодвинувшись от стола, смотрела теперь на него, а не на экран. – И кстати, государственные тайны он мне на ночь не рассказывал.

– Я не это имела в виду.

– Но первой книжкой, которую он читал мне перед сном, была «Ким». – По ее лицу Ривер понял, что вдаваться в подробности нет нужды. – Ну а дальше Конрад, Грин… Сомерсет Моэм.

– «Эшенден».

– Именно. Когда мне исполнилось двенадцать, он подарил мне собрание романов Ле Карре. Я до сих пор помню его отзыв о них.

«Сплошные выдумки. Но это не значит неправда».

Ривер снова повернулся к экрану. Газета в руках у пацана дрожала. Почему он показывает последнюю полосу? «Триумф Англии» – это про вчерашний отборочный матч чемпионата мира.

– Би-би-си, – сказал он вслух, думая о ссылке, которую переслала ему Сид.

– В блоге на их новостном сайте. Ссылку изначально опубликовали там, с предупреждением о казни. Оттуда разлетелось во все стороны. Теперь, наверное, уже везде.

Риверу внезапно представилось, как в комнатах с зашторенными окнами по всей стране, по всему миру люди всматриваются в экраны смартфонов, сидят перед компьютерами, наблюдая за экранами, на которых ничего не происходит, – минута за минутой.