Молча кивнув, я тут же взял в руки сотовый телефон спецсвязи, соединился с генералом Панкратовым и приказал:

— Дмитрий Петрович, срочно подними в воздух дальние самолёты-разведчики и направь их на север. Туда, куда волна уходила. Наши пациенты скорее всего находятся там, где мы их даже не искали, за Тиманским кряжем. Разведку вести с больших высот, наблюдать, отслеживать все их перемещения, но не тревожить понапрасну и вообще не беспокоить, дабы не нарушать условий игры. Какой? Прилечу в Москву, расскажу. Потерпи немного. Да, вот что ещё, Дмитрий Петрович, всех людей, кроме нескольких десятков оленеводов, с севера эвакуировали ещё в апреле месяце в Екатеринбург, так что не волнуйся понапрасну, проводить спасательные операции нам там скорее всего не придётся. — Только после этого, облегчённо вздохнув, я сказал — Спасибо тебе, Дед, снял ты камень с моей души.

Через двадцать минут наш вертолёт совершил посадку в Кремле. Мы вышли из него и сразу же направились в штаб, где уже собралось в полном составе правительство и на это совещание были приглашены учёные. Сначала я представил всем собравшимся Фёдора Степановича Мальцева, его немедленно сфотографировали, чтобы оформить удостоверение члена правительства, а потом подробно, буквально поминутно, рассказал, что он сделал на Калининской АЭС. После этого я сказал:

— Ну, вот, Женечка, свершилось то, о чём мы с тобой мечтали. У нас теперь есть к кому обратиться и спросить совета, как уговорить зелёных дейров сделать что-нибудь полезное. Сегодня Дед отоспится, а завтра с утра он в твоём полном распоряжении. Всё, товарищи, совещание закончено, расходимся по своим рабочим местам и начинаем думать, как и где нам будет лучше всего использовать людей Волны. Заранее прошу вас быть скромнее в желаниях. Они всё-таки не волшебники. Дмитрий Петрович, а ты зайди ко мне в кабинет. Чайком взгреемся и побеседуем.

Дед, сидевший рядом с министром МЧС, тут же взвился:

— Батя, не так уж я и устал, чтобы в такую рань спать ложиться, так что я смогу поговорить с Женей. Мне ведь и самому интересно посмотреть, на что зелёные дейры способны.

Мы встали из-за овального стола, так и стоявшего в Георгиевском зале со дня первого совещания, и разошлись по своим рабочим местам. Чак тоже пошел в мой кабинет. Он должен был днями отправить три "Руслана" в район Нью-Йорка, чтобы с их борта десантировались наши эмчеэсовцы и чуть ли не вручную подготовили грунтовой аэродром, но теперь в его планы нужно было внести коррективы и поэтому генерал Лагутин, министр МЧС, также пошел с нами, ну, а Деда подхватила с одно стороны под руку Женечка, с другой ещё одна девушка и они утащили его в свою научную лабораторию. В кабинете уже вовсю кипел самовар и я первым делом налил каждому по большой чашке травяного чая. Травяной сбор прислал мне с Кавказа сын. У них там тоже налаживалась жизнь и я не думаю, что люди, живущие на Северном Кавказе, согласились бы терпеть над собой какого-нибудь уголовника, попробуй он стать у них царём. Первым делом я рассказал обоим генералам о том, что Великая Волна спровадила в тундру чуть ли не всех колбитов. Виктор Лагутин сразу же достал из планшета свою оперативную карту и, глядя неё, сказал:

— Батя, на севере у нас остались неохваченными населённые пункты здесь, здесь и вот здесь. Думаю, что лучше всего не укреплять их, а немедленно эвакуировать оттуда людей по воздуху. Знаю, вертолёты нужны позарез всем, но тут речь идёт о жизни людей. Поэтому в ближайшие три дня все вертушки будут работать только на меня и даже не пытайся спорить со мной.

Усмехнувшись, я спросил:

— А оно мне надо, спорить с тобой? Нет, Виктор, спорить я не стану, а вот предложение внесу. Тех людей, которых ты собираешься эвакуировать, не нужно увозить далеко.