Понимая, что времени исследовать этот феномен нет, я прицелился и, рассчитав прыжок обратно в атмосферу, нажал на спусковой крючок тюрвинга.

А в следующую секунду случилось нечто невообразимое. Я вдруг почувствовал, что одновременно нахожусь в каждой точке на траектории прыжка. Это было, мягко говоря, так себе ощущение. Да чего уж там: это было очень больно. Как будто моя нервная система увеличилась до космических масштабов, а потом попала на огромную дыбу, где её медленно растянули.

К счастью, это длилось лишь доли секунды, иначе я бы сошёл с ума.

Через мгновение ощущение растяжения схлопнулось, и я обнаружил себя возле беспомощно висящего в пространстве истребителя «моллюсков». Кажется, его движки вышли уже на полную мощность, судя по факелу. Однако сам корабль не двигался ни на миллиметр.

Я беспомощно посмотрел на тюрвинг, размышляя, не повторить ли попытку. Но в этот момент огромный борт чужого корабля вдруг раскололся на две половины, открывая проход в гигантский, тускло освещённый шлюз, заставленный механизмами непонятного предназначения.

Последовал резкий рывок, и меня начало затягивать внутрь.

Я активировал передатчик и начал вызывать Кая. Спустя четыре секунды ответа так и не последовало. Значит, связи не было. Плохо. Нет возможности предупредить друзей о своём фиаско. Остаётся только надеяться, что у Кая хватит благоразумия не лезть на рожон и не пытаться меня отбить.

Я попытался перевернуться, чтобы поменять ориентацию встроенной антенны, но скафандр вдруг словно одеревенел. Теперь я не мог даже шевелиться.

В такой ситуации, когда ничего сделать не можешь, самая правильная тактика – выжидать, сберегая силы. Я вышел из режима, и постарался успокоиться. Чуть прикрыл глаза, восстанавливая дыхание. Но тут вдруг навалилась страшная тяжесть. Глаза залило красным. Отчаянно напрягая рёбра и диафрагму, я боролся за очередной вдох. Это продолжалось несколько секунд. Я потом я потерял сознание.

7

Я очнулсяот резкого света и химического запаха, поморщился и, сощурившись, открыл глаза. Надо мной склонились две тени. Деталей было не разглядеть из-за резкого контрового света. Перед моим носом водили какой-то палкой. Именно она резко и неприятно воняла. Поверхность, на которой я лежал, была жёсткой, прохладной и гладкой.

Удивительно, но чувствовал я себя вполне прилично: голова не болела, даже обычный после режима голод не мучал. Кажется, я даже мог войти в режим, но решил пока этого не делать. Прежде, чем разыгрывать свой главный козырь, надо оценить происходящее.

Я попробовал пошевелиться. Руки и ноги были зафиксированы чем-то вроде мягких наручников. А ещё я был совершенно голый.

- Вы пришли в себя, - констатировала одна из теней приятным контральто на древнем марсианском лингва франка, - в ваших интересах дать нам всю полноту запрашиваемой информации. Тем самым вы избежите самых неприятных последствий для себя лично и, возможно, для ваших союзников.

- Ну вот, - я театрально вздохнул, - мы даже познакомиться толком не успели, а вы уже угрожаете мне.

Спустя секунду моё тело прошил довольно ощутимый электрический заряд. Я прикусил язык из-за рефлекторно сжавшейся челюсти.

- Говорите только тогда, когда требуется ответ на вопрос, - продолжал другой голос, менее приятный, как мне показалось, - вы понимаете меня?

- Да, - ответил я и широко улыбнулся. Во рту был неприятный привкус крови.

- Для чего вы пытались атаковать наш корабль?

- Мне нужна была информация. – ответил я, осторожно ощупывая мягкие петли; в режиме я смогу оценить их прочность и упругость, надавив пальцем в районе запястья. Но действовать пока ещё рано. Даже задавая вопросы, пришельцы могут снабдить меня очень важными сведениями.