Поднявшись на цыпочки, она одарила его быстрым, но крепким поцелуем и исчезла еще до того, как он сумел задать ей следующий вопрос. У Тори, казалось, были задатки, чтобы стать очень способной волшебницей, коли она уже успела так хорошо отточить свое мастерство.

Выведенный из равновесия, Кейб постоял несколько секунд, не двигаясь. Он прибыл в Зуу за информацией, а никак не для того, чтобы позволить втянуть себя в сомнительные предприятия сумасбродной волшебницы или столкнуться с туманными амбициями очередного короля. С каждой минутой Легар становился все более и более желанным.

На улице раздался грохот, грохот, в котором слышалось что-то уж очень воинственное. Кейб почувствовал присутствие других волшебников. В отличие от Тори они не делали даже попыток скрыть свою причастность к волшебству. Он чувствовал, как они буквально черпают природные силы из окружающего их мира, но делают это таким варварским способом, что было просто удивительно, как они еще случайно, каким-нибудь своим сумасбродным заклинанием не обратили их против самих же себя.

— Он где-то тут, — сказал грубый женский голос.

— Ну это твоя задача найти его, волшебник. Действуй.

— Не надо постоянно напоминать нам о нашем долге. — Этот мужской голос был более вежлив, чем первые два.

Кейб, раздраженно сжав губы, прижался к стене. Лучшее, что он мог придумать, это телепортироваться к Темному Коню и немедленно убраться отсюда куда-нибудь подальше.

Одна только мысль — и Кейб материализовался в нескольких шагах от того стойла, где он оставил Темного Коня. Волшебник специально выбрал точку у стены конюшни, чтобы его случайно не заметил какой-нибудь мальчик или конюх. Однако, кроме лошадей, он никого не заметил. С великой осторожностью Кейб отделился от стены и направился к призрачному жеребцу.

— Темный… — Волшебник проглотил остаток фразы. Он уставился на высокую фигуру, облаченную в длинное, развевающееся одеяние. Человек стоял, словно колдун из книги сказок, о которой Кейб слышал, уже будучи взрослым. Такие бывают только в сказках. У него даже была длинная белая борода.

Человек тоже уставился на него. Прошло время, за которое можно было раз или два вздохнуть, когда Кейб пришел к выводу, что человек смотрит не на него, а сквозь него. Он совершенно не видит волшебника. Немного осмелев, все еще ошеломленный, волшебник махнул рукой перед лицом незнакомца. Похоже, этот бородатый маг не что иное, как просто статуя.

— Он вломился весь из себя такой важный, — послышался насмешливый голос из-за неподвижной фигуры. Двери стойла Темного Коня открылись сами собой, и оттуда вышел скакун-демон. — Я думаю, что он пришел искать тебя, но вместо этого почувствовал меня. А потом, только он уж собрался бросить затею с твоими поисками, появился ты. Его силы не так уж велики, но он очень чувствует присутствие волшебства. Я сделал единственное, что можно было сделать при этих обстоятельствах. А кто эта голодная женщина?

Вопрос застал Кейба врасплох, но он быстро ответил:

— Тоже волшебница.

— Похоже, они в эти дни плодятся, как кошки. Где-то поблизости есть еще два.

— Знаю, поэтому-то я и здесь. Нам надо уходить.

— Мы не позволим тебе уйти прежде, чем ты выслушаешь предложение, которое нам велел передать тебе наш благословенный повелитель.

Это был маг, тот самый мужчина, которого Кейб слышал минуту назад. В отличие от своего товарища он был одет, как государственный министр одного из северных королевств, таких, как Гордаг-Аи, которым владела Эрини.