Педофил поспешно ретировался.

Джамал посмотрел в зеркало, поправил волосы, чтобы не торчали в разные стороны. Вот теперь отлично.

Он таким образом зарабатывал себе на жизнь уже больше года. С тех пор как в один прекрасный день мать вошла с шестилетним Джамалом в Центр социальной помощи малоимущим в рабочем районе Тоттнем, а оттуда вышла без него, он сменил не один приют и детский дом.

Отца он ни разу в жизни не видел, но знал, что темным цветом кожи обязан ему. Он представлял его вождем африканского племени, который с цветом кожи передал ему благородную кровь воина. Однажды он сказал об этом матери – она промолчала. Она вообще ни разу не говорила с ним об отце.

Он еще раз пригладил перед зеркалом волосы, с любовью оглядел свое недавнее приобретение – кожаную куртку фирмы «Авирекс» за триста фунтов – всю в драконах и надписях. Последний взгляд на собственное отражение – нет, от того насмерть перепуганного сопливого шестилетки не осталось и следа. Значит, можно продолжать работать.

Он закрыл за собой дверь и пошел по коридору к лестнице, мимоходом дергая ручки других номеров. Он всегда так делал. Иногда везло: в пределах досягаемости на комоде оказывались то часы, то украшения, то кошелек, набитый деньгами и кредитными картами. Владельцы при этом были слишком поглощены делом, чтобы замечать, что происходит с их вещами. Если же кто‑то вдруг заставал его за этим занятием, он загораживал собой то, что собирался прикарманить, и говорил, что этот номер забронирован и не будут ли они так любезны перебраться в другой.

Никаких особых усилий он не тратил, и вскоре это вошло в привычку.

Но сегодня удача от него отвернулась.

Незапертой оказалась дверь с цифрой семь. Джамал остановился на пороге, оглянулся. В прихожей – никого. Он прислушался. Из комнаты – ни звука. В кровь бросился бесшабашный подростковый адреналин, он улыбнулся своим мыслям и медленно толкнул дверь.

На привычном комоде блеснул мини‑диск, тут же лежали наушники и плеер.

Реальное бабло, решил про себя Джамал.

Он протянул руку, быстро высчитывая в уме, за какую сумму можно загнать это добро и сколько доз взять на вырученные деньги, когда дверь вдруг распахнулась настежь. Джамал так и застыл с протянутой рукой.

Наверное, он стоял так всего пару секунд, но они показались ему часами. Наконец он справился со столь неожиданным потрясением, развернулся и, прихватив сокровище, ринулся из номера.

– Ваши билеты, пожалуйста.

Голос, напугав, вернул Джамала в действительность. По проходу шел контролер в форме с компостером на ремне.

– Безбилетные пассажиры оплачивают полную стоимость билета до конечной остановки.

Слова звучали заунывно и монотонно.

Джамал поднял глаза. Пассажиры копались в карманах, сумках, пакетах, выуживая оттуда разных размеров билеты и поднимая над головой. Он страшно на себя разозлился за непредусмотрительность. Обычно он заблаговременно прятался, пускался наутек или начинал громко и жалобно ныть и канючить, но на этот раз оказался к этому не готов.

Он запустил руку в карман джинсов и извлек оттуда ворох мятых бумажек. Порылся в другом и начал складывать на столик перед собой мелкие купюры и монетки. Вся сегодняшняя выручка минус деньги, потраченные в «Короле бургеров» на гамбургер, кокаин и крэк.

Подошел контролер, завис над ним синим привидением, протянул руку, слабо надеясь увидеть билет у этого пассажира.

– Вашбилет, – произнес он одним словом.

– Куда поезд?

– В Ньюкасл.

Название ни о чем не сказало. Где это? В Шотландии? Если так – хорошо. Это далеко от Лондона, очень далеко. Значит, безопасно. Джамал кивнул.