На столе не переставая звонил телефон. Дик Артемус и не пошевелился, чтобы поднять трубку.

– Господи боже, неужели Дороти ушла домой?

– Уже половина седьмого, а у нее дети. – Лиза Джун перегнулась через стол и ткнула кнопку на пульте. Звонки мгновенно прекратились.

Смакуя бурбон, губернатор подмигнул и спросил:

– С чем пожаловали?

Отлично. Он уже здорово набрался, подумала Лиза Джун.

– Два вопроса. Первый – по специальной сессии. Прежде чем мы разошлем пресс-релиз, вам следует знать, что Вилли Васкес-Вашингтон закатил истерику. Говорит, он не собирается прерывать отпуск и на следующей неделе прилетать в Таллахасси. Грозится разнести все по кочкам, если вы дернете законодателей на сессию…

– Он так сказал? – поморщился губернатор. – «Разнести по кочкам». Вы ему передали, что это касается школ? Бюджета на образование?

Лиза Джун Питерсон терпеливо разъяснила захмелевшему губернатору, что Вилли Васкес-Вашингтон не дурак; он мгновенно разгадал истинную цель специальной сессии законодателей, а именно: ради губернаторских дружков восстановить проект по Жабьему острову…

– Никакие они мне не дружки, черт побери! – забрызгал слюной Дик Артемус. – И не приятели, и не партнеры! Просто солидные деловые люди, сделавшие вклад в избирательную кампанию. Проклятый Вилли! Сам-то что – святой?…

Лиза Джун сообщила шефу, что Вилли Васкес-Вашингтон не знал (или не интересовался), почему губернатор вначале зарубил финансирование моста, но обещал, что Дик Артемус крепко поплатится, если сорвет его отпускные планы.

– Собирается всей семьей отправиться в Банф кататься на лыжах, – доложила Лиза Джун.

– А кто это оплачивает? – фыркнул губернатор.

– Могу выяснить.

– Не надо. Черт! – Дик Артемус возмущенно надул щеки. – Знаете, когда я торговал «тойотами», у нас такого дерьма не встречалось. Что еще, Лиза Джун? Выкладывайте.

– Вчера вечером с вами хотел повидаться Клинтон Тайри, но вы были в Орландо.

Дик Артемус выпрямился в кресле.

– Проклятье! Он не сказал, чего хотел?

– Сказал, что выполнит вашу просьбу…

– Об-балдеть!

– …но если с его братом Дойлом что-нибудь случится, он вернется в Таллахасси и убьет вас. Убьет медленно, просил он подчеркнуть.

– Ой, да ради бога! – Губернатор через силу засмеялся.

– Он упомянул следующие предметы: вилы, наручники, пятидесятипятигаллонную бочку щелока и королевского аспида.

– Он псих.

– Но говорил всерьез.

– Ладно, не волнуйтесь, ничё братцу Дойлу не доспеется. Господи боже мой! – Дик Артемус рассеянно схватил бутылку виски. – Бедная Лиза Джун! Поди, думаете: кой черт я впуталась в это ненормальное дело? Наверное, вам и невдомек, чего тут, к черту, происходит.

– Я знаю, что происходит, – ответила Лиза Джун. – Он показал ваше письмо.

– Какое письмо? – взъярился губернатор, но сник: – Ладно, сдаюсь… Да, написал. Понимаете, иногда… – Дик Артемус тупо уставился в стакан.

– Что – иногда? – напомнила Лиза Джун.

– В этом мире иногда приходится заниматься малоприятными вещами.

– Ради полей для гольфа.

– Не заводите меня, дорогая. Все гораздо сложнее. – Губернатор изобразил отеческую улыбку. – Нужно учитывать естественный порядок.