К ней направлялся мальчик.

– Сюда, – торопливо позвал он, в его голосе звучал местный акцент. Ясное дело – офицеры послали его, вместо того чтобы прийти самим.

И тут она замерла на месте. Неужели?

Мальчишка широко раскрыл глаза.

– Мама!

Ее старший сын! Он попал в плен и теперь служит в здешнем военном лагере! По крайней мере, с ним все в порядке; выглядел он здоровее, чем она сама. Но если они поймут…

– Уходи! – прошептала Орлин. А затем, не в силах сдержаться, спросила:

– Твои братья… что с ними?

Он нахмурился:

– С одним все в порядке, второй умер. Про третьего я ничего не знаю, его забрали в другой лагерь и…

– Эй, парень, хватит точить лясы со старой клячей! – крикнул солдат, взглянув на них. – Отведи телегу в столовую, повар заплатит.

– Сейчас! – ответил он и, показав на дорогу к зданию, сказал: – Поговорим, пока идем. Как ты здесь оказалась, мама? Я думал, что больше никогда тебя не увижу!

– Я не могу идти в столовую! – запротестовала она. – Мне приказано взорвать здание, где находятся офицеры.

– Но тебя же убьют!

– Неважно. Я делаю это за тебя… и твоих сестер. Где офицерская…

– Что вы там копаетесь? – снова крикнул солдат. На этот раз он направился прямо к ним, намереваясь продемонстрировать, как следует себя вести.

– Вон там! – сказал ее сын, показав лишь одними глазами. – Только ты туда не сможешь попасть!

– Смогу! Отойди от меня! Они не должны узнать, что мы знакомы! – Орлин направилась к зданию штаба.

Ее сын колебался, смотрел на приближающегося офицера.

– Делай, как я сказала! – прошипела женщина и ускорила шаг.

Мальчик решил действовать.

– Та женщина! – громко крикнул он. – Мне кажется, она шпионка! Она плохо говорит!

– Что? – удивленно спросил солдат.

– Та женщина… какая‑то она не такая! Остановите ее, прежде чем она сделает что‑нибудь нехорошее!

– Ты спятил! – возмутился солдат.

Но, увидев, что Орлин побежала, таща за собой тележку, он решил последовать за ней, несмотря на то что не поверил слуге. Бросился бежать – и споткнулся, потому что мальчишка не успел вовремя убраться с дороги.

А Орлин получила дополнительные секунды. Она из последних сил мчалась к зданию штаба. Как только она до него доберется, уже не будет иметь значения, кто находится рядом. Чем больше, тем лучше, безжалостно подумала она.

Когда Орлин выбралась на холм, у подножия которого находилось здание штаба, солдат ее догнал. Она резко развернулась и вцепилась ногтями ему в лицо, он отпустил ее. И тогда женщина толкнула тележку вниз по склону. Докатится ли она до цели? Предполагалось, что бомба взорвется, если край тележки соприкоснется с твердой поверхностью, а если промчится мимо или скользнет по стене…

Нет, она не ошиблась! Тележка стремительно приближалась к зданию.

И тут на спину Орлин опустился кулак. Солдат принялся ее избивать. Она упала, скорчилась. Почувствовала сильный удар сапогом, боль охватила все ее существо. Солдат снова поднял ногу, на этот раз попал в лицо, сломал нос. Он собирается избить ее до смерти!

Мир взорвался. Она подумала, что умерла, – но это взлетела на воздух ее тележка и уничтожила здание!

Неожиданно со всех сторон набежали солдаты. Женщину грубо поставили на ноги.

– Убийца! – крикнул один и вытащил нож. Нанес удар.

Она думала, что уже не сможет испытать боль, но ошиблась. Она попробовала закричать, захлебнулась кровью.