– Девушка и женщина, каждая по‑своему, – согласилась Джоли. – Меня беспокоит, что они нашли подходящий предлог получить от судьи то, чего хотят.

– Но почему ты считаешь, что этого не следует делать, учитывая наш к нему интерес?

– Девушка еще не достигла совершеннолетия!

– Только по определению нашего общества, которое далеко не всегда соблюдается на практике. Как женщина Вита вполне компетентна. Не вижу никакого вреда… У тебя есть другие причины для волнения?

Джоли поняла, что есть. Конечно, ей не следовало беспокоиться о Вите; девушка обладала более чем достаточным сексуальным опытом, у нее не осталось никаких иллюзий в данном вопросе, а судья ни за что не позволит себе воспользоваться ситуацией.

– Я сама не понимала, но у меня действительно есть серьезные опасения. Они связаны с Роком, хотя я не уверена…

– Ты тоже заинтересована в нем?

– Да, только не в романтическом смысле; для меня всегда существовал лишь один человек.

– Скоро мы с ним снова встретимся; должна признаться, что во время твоего отсутствия я испытывала некоторые затруднения.

– Я тоже хочу его увидеть! Но судья…

Тут наконец Джоли поняла, что ее беспокоило.

– Я вижу в нем кандидата на пост инкарнации! – воскликнула она. – Он очень хороший человек, и у него колоссальный опыт общения с людьми. Я бы не хотела, чтобы он испортил себе репутацию!

– Романтические увлечения не портят репутацию!

– Но если он сознательно вступит в связь с несовершеннолетней?.. Несомненный грех!

– Я так не считаю – если обе стороны согласны.

Джоли вспомнила свою юность. Ей довелось влюбиться в возрасте четырнадцати лет. Она дождалась свадьбы, прежде чем завязать сексуальные отношения – редкий случай для ее времени. Сейчас она прекрасно понимала, что могла бы стать любовницей Пэрри гораздо раньше, и жалела, что этого не произошло. Они с мужем прожили так недолго!

– А что думает Бог?

– Любопытно, что ты спросила именно сейчас. Тебе известно направление исследований Луны, которым ты косвенно помогаешь?

– Разве они имеют отношение к Богу? Нам не говорили…

– Пришло время кое‑что тебе растолковать, Джоли, но пока не в моей власти рассказать все. Поэтому я пойду на компромисс: открою тебе секрет, а потом спрячу его в твоем сознании до подходящего часа. Я не собираюсь дразнить тебя, но ты должна быть готова к той значительной роли, которую тебе предстоит сыграть.

– О чем ты говоришь? Я всего лишь призрак!

– Грядет последняя схватка, и все инкарнации, включая Сатану, к ней готовятся. Однако суть этой битвы отличается от той, которую предвидел архангел Гавриил.

– Сражение между Добром и Злом? Но я не могу в ней участвовать из‑за конфликта интересов!

– Не в большей степени, чем я, друг мой!

– Не в большей степени, чем ты, – не стала спорить Джоли. – Мы обе любим Сатану; чего уж тут говорить?

– Мы пришли к выводу, что исход этого важного сражения не может быть решен в нынешнем составе, поскольку, как нам кажется. Бог в течение нескольких последних столетий перестал интересоваться как делами смертных, так и бессмертных. Поэтому те, кто поддерживает Добро, намерены его заменить.

Джоли пришла в ужас.

– Заменить воплощение Добра?!

Гея кивнула:

– Поставить нового человека, который будет интересоваться хотя бы делами смертных.

– Разве такое возможно? Нынешний Бог не захочет уступить свое место – и никакая сила Его не заставит!

– Да, ты права – если Он станет защищаться.