– Ты должна спуститься, – сказал Перрил.

Катрин чуть ли не силком потащили к ступеням, Перрил шел сзади и пытался по возможности защитить ее от давки. Но когда они добрались до ведущих вниз ступеней, ей осталось полагаться только на себя.

На негнущихся ногах девушка начала долгий спуск. Мастера приветствовали ее достаточно сдержанно, без лишнего энтузиазма. Должность смотрителя всегда получал кто‑то из их числа, и Катрин почувствовала себя самозванкой.

Только сейчас это заботило ее меньше всего. Наконец она оказалась на каменном дне. Она бывала здесь лишь дважды: первый раз, когда ей вручили плащ, и снова – когда давала показания против Тилара.

Последнее воспоминание заставило ее задуматься. Может быть, ее назначение как‑то связано с Тиларом?

Но не успела она прийти к какому‑либо выводу, как Аргент шагнул к ней и крепко сжал ее руку. Он нагнулся к девушке, как будто желая поцеловать, но лишь прошептал:

– Добро пожаловать, Катрин… или, лучше сказать, смотрительница Вейл. Нам нужно многое обсудить.

Он подвел ее к креслу. Там Аргент высоко поднял ее руку, и толпа ответила дружным ревом одобрения. Катрин пыталась высмотреть друзей, но не смогла разглядеть их лица. Она осталась одна.

Аргент наконец отпустил ее руку, крепко сжав напоследок. Она почувствовала, как в ее ладонь скользнуло что‑то твердое, и украдкой бросила взгляд на предмет.

Это был камешек для голосования. Черный.

Катрин чутьем поняла, что именно этот камень она бросила сегодня утром. Только сейчас, в свете Очага, она увидела на его поверхности огненно‑красный круг, пересеченный двумя перпендикулярными линиями.

Знак Огненного Креста.

Глава 7

Глубина

– Нас преследуют.

– Ты заметил паруса?

Тилар поспешил подняться вслед за Роггером на верхнюю палубу. После бегства с Летних островов они сменили уже три корабля – «кита», баржу и старый кособокий фрегат – и тем не менее опережали преследователей всего чуть‑чуть. Уже три дня они плыли на четвертом судне, волнорезе «Неумолимый прибой».

– Нас преследует не корабль, – ответил Роггер.

– То есть как?

Роггер молча подвел его к борту, и Тилару пришлось выгнуться, чтобы проследить за его взглядом. Матросы суетились у мачты, выбирая концы. Чернокожий капитан «Прибоя» стоял у огромного штурвала, а двое помощников держались за штурвалы поменьше. Суровые морщины избороздили их лица.

– Живей, лентяи чертовы! – проорал боцман, и матросы задвигались быстрее.

– Что происходит? – заволновался Тилар.

– Сам посмотри. – Вор указал на чистое море позади корабля.

Тилар прищурился: ослепительная голубизна неба резала глаза. Далекие легкие облака висели на горизонте размытыми пятнами, а от спокойных вод отражались яркие солнечные лучи. Воды Мирашской впадины оставались пустыми.

– Не понимаю…

И тут он увидел – слова застыли на его губах.

К ним неслась широкая белая волна, похожая на след, оставляемый кораблем. Только она рассекала пологие голубые волны с легкостью, словно меч – свиное брюхо. На мгновение из волны поднялось бледное, как труп, тело со множеством плотных отростков и щупалец, но тут же снова исчезло под водой, оставив только бурун, отмечавший его передвижение.

– Мийодон, – ахнул Тилар, не веря своим глазам.

– Акула‑медуза, – согласился Роггер.

– Но они не водятся в холодных водах. – Тилара учили, что мийодоны живут только в тропических морях, гораздо южнее Летних островов.