Тяжесть притопила корабль, палубу залило водой. Из трюма послышались истошные крики. Бизань‑мачта оглушительно треснула и упала в путанице канатов и паруса.

Капитан грудью навалился на штурвал. Только благодаря его умению «Прибой» выскочил, как поплавок, на поверхность и завертелся на волнах.

Но мийодон остался лежать посреди палубы, занимая почти все пространство от кормы до рубки. Он казался беспорядочным клубком длинных щупалец, шарящих вокруг бледного студенистого тела. Из глубины полупрозрачной массы выглядывали черные круглые глаза, каждый размером с тыкву.

Тилар увидел, как взгляд чудища остановился на троих оставшихся на палубе людях. Мийодон заметил добычу, и к ним потянулись несколько щупалец.

– Вниз! – проорал Граул и замахал рукой, приказывая им бежать к люку на корме.

Роггер начал пятиться, но остановился и швырнул в ближайшее щупальце масляным фонарем. Пламя тут же растеклось по коже чудовища.

– Глупец, ты спалишь мой корабль куда раньше, чем прожжешь хоть одну дырку на его шкуре! – Капитан толкнул вора к люку. – Его можно одолеть только льдом.

Роггер глянул на Тилара, и в его глазах явно читалось последнее предупреждение: надо действовать немедленно.

Тилар остановился в нескольких шагах от люка.

– Уведи капитана в трюм, – прошептал он.

Роггер кивнул и заторопился к люку, таща за собой Граула. Тилар повернулся лицом к мийодону.

Щупальца уже ползли к нему. В соленом воздухе чувствовалась горечь покрывающей их отравы. Под прозрачной кожей акулы‑медузы переливался маслянистый желтый яд. Одно прикосновение растапливало плоть до кости, и тогда за дело брались более тонкие сосущие отростки, которые бахромой покрывали щупальца.

Тилар убрал меч в ножны.

– Что он делает? – донесся до него вопрос капитана.

– То, что надо! – ответил Роггер. – А теперь оставим мальчика одного.

У люка началась возня, и Тилар решил, что вор силой пытается увести упрямого Граула. Но его это уже не заботило. Одно из щупалец вопросительно потянулось к нему, и Тилар крепко сжал мизинец левой руки. Если не получится вызвать демона, по крайней мере, правая рука останется цела и он сможет держать меч. Мизинец выгнулся, Тилар ощутил боль.

– Стой!

Неожиданный крик заставил Тилара отпустить вывихнутый палец и обернуться.

– Во имя всех богов, что ты здесь делаешь? – рявкнул он.

Делия вырывалась из рук Роггера, а капитан недоуменно глядел на более чем странных пассажиров.

– Отпусти меня, чертов невежа!

Делия возмущенно вырвалась из рук вора. Ее щеки очень мило раскраснелись, но Тилар одернул себя: сейчас не время замечать подобные детали.

Девушка заторопилась к нему, таща за собой Роггера; капитан остался на посту у люка. Делия с тревогой сказала:

– Если ты освободишь дред хаула, мы не сможем запереть его обратно. У нас не осталось крови Мирин.

Тилар и сам понимал ее правоту. Они заплатили репистолой с остатками крови богини за побег. Но что же делать? Главное, корабль будет цел.

– У нас нет выбора, – ответил он и снова ухватился за мизинец.

Девушка пнула его в лодыжку. К несчастью, недостаточно сильно, чтобы сломать кость, но пинок вновь остановил его.

– Мийодоны боятся ледяной воды!

– Нам уже такое говорили, – сдавленно ответил Роггер. Извивающиеся щупальца теснили их в сторону от люка.

Тилар заколебался. Акулы‑медузы действительно предпочитают теплые тропические воды. Так почему же тварь напала на них в Мирашской впадине?

– Что ты хочешь этим сказать? – спросил он Делию.