Внизу во все стороны разбегались дорожки, их обрамляли цветы, подобных которым никто не видел под солнцем. И росли они не на клумбах, а в ручьях и вычурных лужицах. Тут и там шумели небольшие водопады, падающие в круглые пруды. Среди деревьев и кустов тоже бурно пестрели цветы всех мыслимых оттенков. Некоторые показались Тилару знакомыми: медвяница, яшмовое сердце, диколистник, морской баловник и ладонь призрака. С одной из пальм свисали странные плоды – подобные желтым змеям, они извивались по ветвям. Листья другого дерева мигали рассеянным фиолетовым блеском.

У плеча Тилара раздался еле различимый шепот Делии:

– Священный грот. Говорят, что Файла собирает растения со всей Мириллии, даже из окраинных земель.

Тилар не нашел слов для ответа. Он мог только смотреть во все глаза и поражаться.

Крил жестом приказал двигаться вперед, он не сводил глаз с пленников.

Они отправились по центральной тропинке, что уводила в глубину грота. По дороге стражники взяли их в кольцо, а Крил шел позади.

Вокруг звучали переливы и звон воды. Проходя по одному из мостиков, Тилар глянул вниз и увидел еще одного охотника, плывущего по каналу с копьем наготове.

Роггер тоже его заметил.

– Я слышал об этом месте. – Он махнул рукой над головой. – Это всего лишь половина садов. Другая половина лежит под нашими ногами, там целый лабиринт проток и затопленных пещер. Файла может спрятать там целую армию, и мы даже не заметим.

Восторг Тилара уступил место тревоге.

Они прошагали по длинному мосту, что взметнулся грациозной аркой над широким прудом. Вода в пруду кипела. Стайки рыб серебрили глубину юркими танцами.

Посредине пруда возвышался высокий скалистый остров, который окружал белый песчаный пляж. Огненный фонарь грота висел как раз над верхушкой острова, в его свете растительность на откосах блестела яркой зеленью. С вершины скалы в воздух взлетала пенистая струя воды, взрывалась фонтаном и сбегала в пруд извилистыми струйками.

У окончания моста двое охотников, шедших впереди, скрестили копья, загораживая путь на остров. Зеленое свечение благого оружия вспыхнуло ярче.

– Мы исполнили твое повеление, госпожа рифа, – выкрикнул Крил. – Тот, кого называют убийцей богов, ожидает твоего суда.

Остров ответил тишиной, которую нарушал только переливчатый плеск воды. Через несколько секунд наконец раздался мелодичный голос:

– Пусть он выйдет вперед.

– Файла… – Делия со вздохом упала на колени.

Стражники опустили копья, и Тилар ступил на песок пляжа. Роггер двинулся было за ним.

– Только богоубийца, – остановил его голос.

Тилар бросил взгляд на вора, увидел его колебания и взмахом приказал отступить.

– Со мной все будет хорошо, – пообещал он.

Его даже пронзила неожиданная уверенность в этом. И все же по хребту прошелся холодный палец страха. За свою жизнь он встретил лицом к лицу только двоих богов – Джессапа Ольденбрукского, перед которым преклонил колено как рыцарь теней, и Мирин, которая умерла у него на руках. Но ему доводилось слышать многочисленные рассказы о богах. После нескольких кружек у рыцарей развязывались языки. Некоторые из богов были отшельниками, некоторые отличались общительностью, большинство благоволило своим подданным, кое‑кто правил жесткой рукой. И только одно было присуще им всем: не следует вставать на пути богов.

Тилар сделал несколько шагов по песку.

– Я пред тобой. Но я стою здесь не как богоубийца, в чем меня ложно обвинили, а как обычный человек.

За серебряным потоком водопада мелькнуло какое‑то движение. Сквозь воду на пляж выступила женщина. По ней каскадом струилась вода – по голове, плечам, – струи бежали по приподнятой груди, плоскому животу и стекали по длинным ногам.