– А после того как ты их отрежешь, тебе еще нужно будет отрастить хрен в два раза, – реакция Грега была молниеносной, – и в любом случае нельзя иметь двух меня в одном месте – слишком много радости для женского населения.

– Извините, но меня уже тошнит, – скривилась Хетер. – Элисон, Брэд, увидимся вечером.

Они попрощались, и какое-то время Брэд наслаждался появившимся чувством общности с этими ребятами. Подобное чувство возникает у ученика, когда на него в конце концов обращают внимание старшие.

– Как, ты считаешь, прошла твоя часть выступления? – спросила его Элисон.

Сомнения Брэда ушли во время разговора с Хетер и Грегом, поэтому ему не хотелось критиковать себя слишком сильно. Он ответил то же, что и ребятам:

– Сначала я нервничал, но потом, когда был какой-то отклик на мои шутки, я почувствовал себя более уверенно.

– Под шутками ты подразумеваешь угрозы обрызгать людей из сифона?

То ли от усталости, то ли от похвалы Грега Брэд не заметил, к чему клонит Элисон, и наивно ответил:

– О, это! Я придумал это по пути в аэропорт. По-моему, хорошо получилось, не думаешь?

– А что, если бы кто-нибудь начал издеваться? До Брэда стало доходить, к чему она клонила, но ему казалось, что он ничего плохого не сделал и оправдываться не должен

– Думаю, я бы его обрызгал. Элисон не удивил ответ Брэда.

«Думаю, я бы его обрызгал»… – повторила она медленно. – А ты не думал, что после этого начался бы бардак? Например, люди стали бы обливать друг друга шампанским?

Прежде чем ответить, Брэд хорошенько подумал.

– Нет, я так не считаю. Если бы кто-то начал, то я бы предупредил его пару раз и, прежде чем облить, убедился бы, что он раздражает остальных. После этого я предложил бы проголосовать за или против того, чтобы его обрызгать. В таком случае большинство было бы на моей стороне.

Элисон не ожидала столь обдуманного ответа. Конечно же он был прав, но она никогда бы этого не признала – уж только не Брэд!

– Ну что ж, наверное, с твоим богатым опытом виднее, но позволь мне, неопытной, сказать, что ты неправ и что я не хотела бы впредь видеть нечто подобное. – Она сменила тему прежде, чем Брэд смог что-либо сказать в свое оправдание. – И еще я бы не хотела видеть, как ты впариваешь презервативы. Большинство из этих ребят приехали с очень скромным бюджетом, и нам нужно, чтобы они потратили как можно больше денег на экскурсии, футболки и другие вещи, которые приносят доход «М & X». Нам бы не хотелось, чтобы их деньги шли в твой карман. Ты знаешь, что в головном офисе очень не любят левых заработков.

– Подожди-ка. Я не пытаюсь делать левых денег. Доход от продажи презервативов компания может брать себе, я лишь хочу, чтобы мне вернули их стоимость. Как ты правильно заметила, большинство из них действительно дети, и здесь у них появился шанс с кем-нибудь переспать. Здесь страна, в которой контрацептивы не в почете, и ты бы хотела, чтобы они не предохранялись?

– Все, что я хочу, это проданных экскурсий.

– Да ладно, Элисон, ты ведь не думаешь, что продажа презервативов по два фунта за штуку серьезно может повлиять на продажи экскурсий?

– В любом случае ты не должен был этого делать, не спросив у меня разрешения…

– О’кей, – прервал ее Брэд, пытаясь держать себя в руках, – я должен был сначала спросить у тебя разрешения, и я прошу прощения за то, что этого не сделал. Но уверен, что ты понимаешь мою логику в этом случае. И кроме всего прочего это было забавно.

– Это твое мнение, и я не хочу его больше слышать, понятно?

– Да, но…

– Понятно?!

Брэд заткнулся.