После приветственного банкета, мы вернулись к серым будням. Наступила «неделя Синкуджи». Из-за подавленного состояния магессы я всячески старался растормошить ее, не пренебрегая банальным сексом. Во-первых, после долгого перерыва напитывать землю энергией для новых посевов – сущее мучение. Но главное заключалось в хорошо заметном кривом шраме, что «украсил» левую щеку прекрасной блондинки. Если меня не было рядом, девушка превращалась в настоящую фурию, срывающую злость на любом, кто попадется под руку. И только десяток комплиментов о ее красивых глазах, чудесных волосах и волшебной улыбке мог заставить на время успокоиться. И ведь в Сунджи с ней особых проблем не возникало.

– Я уродина.

– Нет же. Ты самая прекрасная магесса на свете!

– Врешь!

– Как же я могу врать Богине земли?

И закрепляющий поцелуй. Так повторялось много раз, пока точку не поставила Алиетого. В один из очередных скандальных приступов девушка подошла к Синкуджи (встав ко мне спиной, чтобы я не видел) и просто отогнула широкую повязку, что скрывала часть ее лица. После этого магесса надолго замолчала, а потом даже извинилась перед Семьей, и милостиво разрешила мне оказывать внимание другим слугам. Судя по тому, что в первую же ночь меня навестили вдвоем изголодавшиеся Сэйто и Али, они действительно ждали моего возвращения и не воспользовались всегда готовым помочь Ицки. Уж я постарался показать им свою любовь и заботу за все два месяца.

Также шестого числа сходили всем «боевым» составом на прием в канцелярию, дабы слуги прошли клятвенный допрос и отчитались о двух месяцах службы. За неделю люди Каваси обещали посчитать и подготовить оплату наших услуг. Но что известно точно, так это сумма налоговых льгот в размере девяти с половиной злат. А в следующем году с учетом возросшего сбора вышло бы около девятнадцати.

Мари снова умотала на заработки, мы также вернулись к прежним занятиям. Иногда ходили в гости к соседям, пару раз сами принимали гостей. Шумигасу более не приглашал нашу Семью. Не слишком-то мы влиятельны в Соленджо, и особых поводов не давали. С наградой за службу подле анклава Каваси пожадничал – дал двадцати процентную надбавку за месяц, в который произошло нападение.

Слуги работали, и в большинстве им не требовались мои команды, так что я вздохнул с облегчением. Бревна, доски, брус, опилки разных пород дерева начали мне уже в кошмарах являться, так что я отложил это занятие. Первый годовой сбор мы уплатим легко, а дальше посмотрим. Все же мне немного совестно было сидеть без дела. Я еще раз внимательно перечитал купленный учебник по артефакторике, и направил свои стопы в соленжский научный центр. За наставничество в области магии здесь брали столько, что налоги Гоцу по сравнению с этим – просто мелкие траты. Однако некоторые Семьи с охотой брали помощников, их даже не смущал титул Лорда.

Большое строение с каменным основанием и деревянной крышей возвышалось на три этажа прямо в центре комплекса, который располагался на западе Соленджо, в противоположной части от речки. Я толкнул дверь и вошел в просторное хорошо освещенное помещение. Дом старый: камень покрылся трещинами и ржавчиной от воды, кое-где рос мох, но в целом чисто и опрятно. Повсюду стоят шкафы, столы с приборами непонятного назначения. Именно так я себе и представлял берлогу мага-ученого.

– Зачем пожаловали, господин? – обратилась ко мне слуга, почтительно встав со стула.

– Мне сказали, вам нужны помощники. Это Лорд Шейн? – указал я на спящего на скамье мужчину. Рядом с ним сидели две женщины – магесса и воительница.

– Да. Хозяин работает ночью в основном.