Стефан задрожал. Марк дал ему легкую пощечину. И вторую, сильнее.

– Говори же. Иначе я сам их найду. Если я найду их сам… Ты знаешь, что я с ними со всеми сделаю. Знаешь, Стефи. Ты все знаешь, мать твою…

Лодка задрожала, когда Стефан повернулся, встал на колени и ткнулся лбом в борт, едва не выбив весло из уключины. Марк подумал, что Стефан хочет выпрыгнуть за борт, схватил его за шиворот, рванул на себя.

– Ты, ублюдок! Что задумал!

Марк замахнулся для удара, заметил взгляд Бориса, рука зависла в воздухе. Марк посмотрел на Стефана, проследил за взглядом Бориса и все понял. Стефан хотел указать направление, но в узкой лодке ему просто не хватило места. Даже Белка привстала, заинтересованная происходящим.

Марк улыбнулся.

– Ай да Стефи, молоток. Прям молот Эдема, как говаривала наша мамаша. – Марк всмотрелся в нужном направлении. – Похоже, ты прав. Борис, подгреби немного к этой стерве.

Борис выполнил приказ, погреб. Куница услышала плеск, оглянулась на них, правда, на этот раз за оружие не хваталась.

– Слышь, красотка. Наш способ оказался надежней. Зря ты упивалась своей величиной.

– О чем ты?

– Стефан указал вон туда, – Марк поднял руку в юго-западном направлении. – Предлагаю тебе не спорить. Все равно ты ни хрена не смогла.

Куница, угрюмая, несколько секунд смотрела на Марка, размышляя, сказать ли ему что-то в ответ. Отвернулась, погребла в указанном направлении.

Марк хмыкнул.

– Давай, Борис, за ней. Безмозглая овца…

Они молча плыли друг за другом, смотрели вперед. Несколько раз Куница поднимала весла, чтобы принюхаться, но, кажется, ничего не обнаружила. Один раз Куница оглянулась, как бы убеждаясь, что двигаться надо по прямой, и Марк махнул ей рукой: давай дальше.

Солнце клонилось к закату, и Марк задумался, что им делать, когда придет тьма? Он боялся заснуть. Белка казалась достаточно опасной, чтобы Борис – когда Марк уснет – с ней справился. В темноте у Куницы с ее обонянием будет преимущество. Она подкрадется достаточно близко для атаки, прежде чем Марк поймет, что происходит. Как этого избежать? Вариант лишь один: заранее, до сумерек, отыскать подходящее укрытие, где он надежно свяжет Белку, убедившись, что Куница не войдет в это укрытие бесшумно. Нужна квартира с дверью, которая закрывается. Или с какой-то мебелью, которой можно забаррикадировать вход.

Поглядывая на небо, глядя в спину Кунице, Марк с трудом подавил соблазн выстрелить в нее, затем прикончить Белку. Зачем ему эти стервы? Он найдет беглецов с помощью Стефана. Оставляя Куницу в живых, он лишь рискует собственной жизнью. Он мог бы даже убить Куницу, но оставить Белку – она ему ничем не угрожает.

Соблазн, вспыхнув как пламя, был силен, хотя и сошел на нет. Масса минусов. Расстояние – он может не попасть в Куницу, и паритет нарушится, Куница больше не поверит ему. Что замедлит поиски Дианы. Кроме того, Стефан по-прежнему внушал беспокойство. Кто знает, что будет с ним в ближайшее время, до того, как Марк настигнет беглянок? И Стефан указывал лишь направление, Куница же приведет Марка в ту норку, куда беглецы забьются. Без нее он рискует пройти мимо них, образно говоря, на расстоянии вытянутой руки и… никого не обнаружить.

Интуиция по-прежнему шептала, что эти сестры ему нужны. Любопытно, насколько они друг другу преданны? Борис Марку брат, но… Марк убьет его, не задумываясь, если придется что-то делить. Можно ли и этих сучек развести по разные стороны баррикад?

Марк задержал взгляд на Белке, удивляясь, что впервые по-настоящему оценивает ее как женщину. Она вроде бы почувствовала его взгляд, посмотрела на него. Несколько долгих секунд они смотрели друг другу в глаза, и Марк улыбнулся.