Когда Марк увидел их новое пристанище, он был впечатлен. Он знал о самолетах, но очень смутно. Они его никогда не интересовали, как и остальное из Мира До Воды, что не вошло в новую жизнь. Но даже издали самолет выглядел необычно. Что же будет вблизи? Теперь Марк спешил не только за своими девками, ему было любопытно оказаться внутри этой штуки.

– Говоришь, там куча жратвы, моя милая? – он ухмыльнулся Диане.

Она не хотела с ним говорить, но у нее не было выбора: когда она первый раз не ответила на его вопрос, Марк тюкнул ногой Стефана, и придурок захныкал. Теперь Диана позволяла себе паузу не дольше двух секунд.

– Да, много упаковок. Надолго хватит.

Она говорила, и ее трясло от ненависти, страха, от негодования, от безысходности, Марку было приятно улавливать эту смесь эмоций, не позволявшую ей не подчиниться ему. Ничего, он ее приручит, сделает домашней кошкой, куда ей деться?

– И как там, внутри? Места хватает? Или надо стоять, пригнувшись?

– Там хватает места. Потолок высоко.

Марк ухмыльнулся. Диана отвечала строго на заданные вопросы, ничего лишнего. Как же, она, теперь подневольная, делает то, к чему ее вынуждают, но не больше. Марку хотелось сообщить ей, что он с ней сделает, каким образом и сколько раз, как только все передряги окажутся позади, очень хотелось, но не то чтобы сейчас было слишком рано, и присутствие Стефана не мешало никак, просто он понимал, что она и так это знает либо хотя бы предполагает, что именно ее ждет, и пусть страх ожидания точит ее еще сильнее, нежели когда она услышит все от Марка так быстро. Еще он подозревал, что якобы «хорошее» отношение даст ей ложную надежду до поры до времени, и она сломается гораздо быстрее, чем сама же рассчитывает. Марк чувствовал, что Диана хочет взглянуть на него, но не решается. Марк ухмылялся и ничего ей не говорил.

Когда они оказались у среднего подъезда, где был единственный выход на крышу, Марк задумался, взять ее с собой или оставить, связанную. Жаль, без Бориса он был как человек без оружия. Может, не самое толковое сравнение, но что-то в этом есть. Он настолько привык к присутствию младшего брата, что лишь теперь, с опозданием, осознал, что у него вообще нет никого, не на кого положиться, оставить пленников, отоспаться и многое другое, на что он ранее и внимания не обращал, воспринимая как шорох волн о стены здания.

Это откровение его неприятно удивило. Ладно помощник в стычке, черт с ним – Марк разберется один с кем угодно, да и осталось-то разбираться с одним Адамом, которого он вынудит стать на колени под страхом сделать больно его ненаглядной Диане и сестрам. Но сон – куда сложнее. Постоянно связывать девок, каждую ночь? И как долго это будет продолжаться? Вроде бы не проблема, но что-то в этом ему не нравилось. Разве что где-то их закрывать, чтобы не могли выбраться?

Марк поколебался, но решил Диану оставить. Если волочь ее с собой, она может помешать в самый неподходящий момент. Он связал ей ноги, затем руки. Она не сопротивлялась, приняла это спокойно, он даже слегка удивился: даже для вида не сказала ни слова? Марк помедлил, глядя на Стефана, который, щурясь, смотрел в небо, решил связать и этого идиота. Пень пнем, но руки-то у него имеются. Кто знает, вдруг сообразит развязать Диану или она его как-то уговорит, но пока девки не в руках Марка, лучше не рисковать.

Когда Марк добрался до середины надводной части дома, Диана закричала. Она звала Тамару, предупреждала, что Марк поднимается к ней. Болван, он не додумался вставить ей кляп, и это могло все испортить. Он не ожидал, что она такая горластая. Предвкушая наказание для этой сучки, Марк понесся вперед.