Среди мусора на полу Адам заметил длинный ржавый штырь, подхватил его, показал Кролику:

– Если найдем с пяток таких, можно с помощью камня вбивать их в стену, подниматься, прижимаясь к стене, как по ступенькам… – Адам застонал, поморщившись. – Нет, он услышит. Если только очень медленно, тихо вбивать, но… на это надо много времени. И опасно – сорвешься запросто. Будь у нас какой-то крюк… Но веревки все равно здесь не найти.

– У нас веревка. Короткая, но… хватит.

– Веревка? Кролик, ты сможешь согнуть такой штырь? Если найдем еще два таких же, их можно связать. Но… согнешь ли ты хотя бы один?

Кролик выхватил из рук штырь, пометался, выискивая место, нашел дыру в полу, узкую щель, всунул в нее штырь, поставил сверху ногу, попытался согнуть. Лицо Кролика побагровело, вздулись вены на шее, и все же штырь он слегка согнул, но вынужден был сделать паузу, чтобы отдышаться.

– Сгибай его сколько надо, чтобы можно было зацепиться, как крюком. Я поищу другие…

Адам побежал в соседние помещения, проверил, спустился вниз. Еще на один этаж и еще. Отчаяние росло, даже такой призрачный шанс и способ превращался в неудачу. На два этажа выше надводного Адам нашел сразу два штыря. Один уже был погнут. Адам, не позволив себе паузы, через не могу побежал наверх.

Кролик почти согнул штырь, хотя теперь сидел на полу, отдуваясь. Ему понадобилась пауза.

– Кролик, мне надо идти, не то он… Не могу тебе помочь, постарайся сделать сам.

Будто в подтверждение его слов послышался крик Марка. Слова искажались, но это не имело значения: время Адама вышло.

– Господи, помоги мне, – прошептал он, глянул Кролику в глаза. – На тебя вся надежда. Ты рискуешь сорваться, но… других вариантов нет, я… должен идти. Или он убьет одну из моих сестер. Брата точно убьет.

Кролик застонал-зарычал, ноздри раздулись до невероятных размеров. Адам через силу улыбнулся.

– Тебе еще вниз бежать, за веревкой. Два штыря согнуть. И крюк сделать. Но я… постараюсь задержать его… Если получится.

Адам шагнул к Кролику, похлопал его по плечу, пошел наверх.

На крыше свет показался таким ярким, что он зажмурился и не сразу рассмотрел самолет. Адам медленно вышел на открытое место, крикнул:

– Я здесь! Спокойно, Марк!

Тишина. Адам смотрел на самолет, но никого не видел. Ему стало дурно: он только что перечеркнул последний шанс одолеть Марка: просто вышел на убой – один выстрел, и все закончено. Он не должен был так поступать. Не подставлять себя так легко. Марк не убьет Диану, нет, он этого не сделает.

Но Марк мог убить Нину или Тамару. Кого-то из них точно, мог бы, так сказать, «пожертвовать» ради того, чтобы вынудить Адама подчиниться. Не убить, так покалечить, заставить девушек орать от боли. И Адам не смог бы прятаться дальше, рассчитывая, что скоро Марк совершит ошибку и Адам за все расплатится. Он не может допустить такое ни с Ниной, ни с Тамарой. У него не было выбора, сейчас остается лишь принять неизбежное, ибо он понимал: Кролик просто не успеет помочь и рассчитывать на промашку Марка глупо.

Разве что этот садист продлит удовольствие и не сразу убьет Адама. Призрачный шанс – он все равно будет осторожен. И что ему сделает Кролик, пусть даже возьмет с собой арбалет, залезет на крышу?

– Пройди к самолету! – голос Марка. – Медленно, не дергайся. Руки подними.

Адам помедлил, но не больше секунды, подчинился, пошел вперед и увидел, как Марк выглядывает из двери самолета, довольно высоко над крышей, целится в него.

– Двигай сюда, не вздумай дергаться, если не хочешь, чтобы твои девки орали от боли.