Светлана оказалась точно такой, какой Игорь Саввович увидел ее у Валентинова, – доброй, искренней, простой и вдобавок ко всему мужественной. Он понял, что она умна тем незаметным для поверхностных людей умом, который не демонстрируется, не растрачивается по пустякам, брезгливо чурается быть показным. Не одна неделя и не один месяц прошли, пока Игорь Саввович понял, как прекрасно образованна Светлана, как много и точно знает и как романтична и привлекательна естественным для нее стремлением не демонстрировать свои редкие ум и знания. Однако самым главным и решающим было то обстоятельство, что через месяц-другой Игорь Саввович понял и почувствовал, что он и Светлана оказались внутренне чрезвычайно похожими.

И неизбежное должно было случиться. Только глубоко мыслящие люди знают, что много лет прожившие счастливые и любящие супруги не становились за годы брака похожими друг на друга, как это часто кажется, а уже походили и при первом знакомстве невольно полюбили друг в друге самих себя. Каждый человек – это все-таки более или менее Нарцисс. Не понимая, что ему Светлана нравится внешне оттого, что у них одинаковые подбородки, разрез глаз и овал лица, что они одинаковым движением убирают со лба волосы, увлеченный ее добротой, умом и женственностью, Игорь Саввович вскоре уже не расставался со Светланой, и она первая с деревенской простотой в темноте дряхлого подъезда шепнула ему на ухо:

– Я тебя люблю! Могу сто раз повторить.

К этому времени Игорь Гольцов, потом Игорь Саввович Гольцов побывал, наверное, в десятке женских кроватей. В семнадцать лет его заманила к себе домой аспирантка мединститута Валентина Ускова, напоив коньяком, уложила рядом с собой. Перепуганный романами, грозящими болезненным отвращением, и хвастовством лгущих приятелей, Игорь Саввович никогда не забудет этой женщины, благодарность к Валентине навсегда останется в нем. Через неделю Валентина тактично и мягко выпроводила Игоря, замыслившего в день совершеннолетия жениться на ней, и он переживал страшную драму, кончившуюся, впрочем, через полтора месяца. Потом он влюбился в десятиклассницу, которой родители разрешали гулять только до одиннадцати часов, а в институте Игоря искренне полюбила красивая провинциалочка, и они часто ходили далеко вдоль реки, к знаменитым каменным столбам, так как крестьянская дочь была хороша и смела под звездным небом, и робка, застенчива в комнате Игоря, имеющего к этому времени отдельный вход и крыльцо в особняке родителей. Большой путь прошел к двадцати пяти годам красивый и сильный Игорь Гольцов, но бабником не стал, наоборот, взрослея, все сильнее презирал мужчин-проституток и к тому же Володечке Лиминскому – близкому и хорошему в конечном счете человеку – относился с едва скрываемой брезгливостью.

В конце на редкость теплого и ясного февраля он, денежный начальник отдела новой техники, предложил Светлане переехать из аспирантского общежития к знакомой Игорю славной молчаливой старушке, у которой он прожил свой первый месяц в Ромске. В квартире Игоря Саввовича, находящейся в многолюдном доме, Светлана чувствовала себя неуютно, и Игорь Саввович сказал Светлане, что будет платить за ее квартиру. Ему понравилось, как к этому отнеслась возлюбленная – без всякого ханжества, спокойно, только сказала, что он предлагает старушке на десять рублей больше, чем следует. «Сорок рублей – царская цена!» – объявила Светлана, и через неделю выяснилось, что сорок рублей – дар с неба для старушки. Игорь Саввович тогда зарабатывал уже двести двадцать рублей, а родители Светланы воспитывали ее с детства в спартанском духе. Как только дочь сделалась аспиранткой, председатель Кривошеинского райисполкома Карцев перестал переводить телеграфом пятьдесят «студенческих» рублей, и Светлана жила только на аспирантские, едва сводя концы с концами.

Итак, ключ от уютного домика лежал у Игоря Саввовича в кармане, в любое время дня и ночи Светлана безропотно принимала его, и естественно, скоро наступил отрезвляющий миг.