– Я считаю, что необходимо срочно связаться с этой парочкой. Только так можно узнать, отомстил ли Геннадий Смолянинников за смерть супруги, а Елизавета Солодовникова за то, что Маргарита Белодворчикова заняла место заведующей отделением, которое Елизавета считала своим, – сказала я.

– Тань, а ты уверена, что эти двое пойдут на контакт? – спросил Владимир.

– Попробую, Володь. Другого выхода ведь все равно нет. Я свяжусь со Смолянинниковым через его сайт. Кстати, я на него уже заходила, – начала я рассказывать про свой план.

– Так, ну а дальше что? – спросил Владимир.

– А дальше напишу на почту, что хочу обсудить, на каких условиях Смолянинников сможет прорекламировать мой… мой косметический салон, вот!

– Ну а ты уверена, что он согласится? Или хотя бы заинтересуется твоим предложением? – спросил Кирьянов.

– Так я сразу же предложу оплату согласно его расценкам, – сказала я.

– Так, давай, действуй, не откладывай в долгий ящик, – подстегнул Владимир.

Я взяла телефон и начала писать. Через несколько минут пришел ответ.

– Вот видишь, Володь, Солодовникова пишет, что предлагает встретиться в лаунж-баре «Седьмое небо» сегодня для предварительных переговоров и уже через полтора часа.

– Ну, «Седьмое небо» находится недалеко отсюда, так что ты, Тань, успеешь, – сказал Владимир.

– Ладно, Володь, пока, – сказала я, вставая.

– Тань, удачи тебе. И звони, – сказал Кирьянов.

Я кивнула и покинула кабинет. Выйдя из Управления полиции, я подошла к своей машине, завела мотор и поехала.

Пока я добиралась до «Седьмого неба», на одной из улиц попала в большую пробку и решила позвонить подруге Маргариты – Екатерине Красильниковой.

– Алло, Екатерина? – спросила я.

– Да, это я, – ответила Екатерина.

– Это я, Татьяна Александровна. Ну, как там Маргарита? – спросила я.

– Вы знаете, Татьяна Александровна, честно говоря, не очень. В основном Рита молчит. Но я спросила ее насчет сотового телефона и кошелька, как вы просили.

– И что Маргарита сказала? – поинтересовалась я.

– Она говорит, что да, сотовый и кошелек у нее находились в сумке. В кошельке Рита держала банковские карты и немного денег. В телефоне у Риты были номера знакомых и тех клиентов, которым она делала косметические процедуры на дому. Но больше ничего такого уж очень важного ни там, ни там не было. Просто Рита не хотела связываться со всякими приложениями, чтобы не нарваться на телефонных мошенников. Поэтому оплаты счетов она через телефон не проводила, – объяснила Красильникова. – И сегодня я останусь у Риты, она меня попросила, – сообщила Екатерина.

– Понятно, ну, ладно, пока, Екатерина, – сказала я и отключилась.

«Значит, преступник взял из сумки Маргариты Белодворчиковой сотовый и кошелек, а сумку оставил. То есть это явно не ограбление, – подумала я. – Потому что в случае ограбления сумку бы непременно забрали. А ее оставили. Значит, на Маргариту напали потому, что необходимо было увести Аришу. Однако в сотовом могли содержаться какие-то сведения, которые указывали бы на преступника. Допустим, справки или еще какие-либо документы. Собственно, такое содержимое могло быть и в кошельке. А если Маргарита знала того, кто увел ее дочку? Наверняка она это знала. Но кто он? Геннадий Смолянинников? Елизавета Солодовникова? Скорее всего, все-таки Солодовникова. Но что, если номер Елизаветы до сих пор записан у Маргариты? Она могла его не стереть.