– Значит, «планов громадье»? – усмехнулась я.

– О, а вы, Татьяна, стало быть, тоже увлекаетесь поэзией, – с улыбкой констатировала Солодовникова и добавила: – Только поэзией уже следующего периода.

Елизавета отставила в сторону бокал и продекламировала:

– «Я планов наших люблю громадье, Размаха шаги саженьи. Я радуюсь маршу, которым идем в работу и в сраженья».

Я захлопала в ладоши. Солодовникова шутливо поклонилась и объявила:

– Владимир Владимирович Маяковский, поэма «Хорошо». Ладно, Татьяна, развлеклись и хватит. Так вот, даже если Гена и не придет сюда, вас это не должно беспокоить.

– Да? А почему? – спросила я.

– Потому что все его дела проходят через меня, – объяснила Солодовникова.

– А вы, Елизавета, простите, являетесь секретарем Геннадия Смолянинникова? – спросила я.

– Да, я его секретарь. И не только. Агент, администратор его сайта, официальный представитель на переговорах, ну и… личный психолог и так далее. Если вы понимаете, о чем я, – понизив голос, сообщила Солодовникова.

«Это она так намекает на их близкие отношения, что ли»? – подумала я, а вслух сказала:

– Да, я знаю, что у Геннадия плотный график, я ведь прочитала на сайте о его деятельности. Даже интересно стало, где только он берет время на все, чем занимается.

– Да, – кивнула Солодовникова. – Геннадий, правда, сейчас отошел от своей актерской работы, но в силу своей эрудиции и незаурядного ума он часто выступает в разных передачах, участвует в дискуссиях на различные темы. А это, согласитесь, тоже в какой-то степени съемки.

– Согласна, – сказала я.

Я решила, что уже пора переводить нашу беседу на конкретную тему, на то, ради чего мы с Елизаветой пришли в «Седьмое небо».

– Елизавета, давайте ближе к предмету нашей с вами встречи, – я посмотрела женщине прямо в глаза. – Поскольку вы сами предложили встретиться и пришли сюда, значит, вас заинтересовало мое предложение? Я правильно вас поняла?

– Хм… А знаете что, Татьяна? Давайте вы сейчас раскроете свои карты, – неожиданно сказала Солодовникова и пристально посмотрела на меня.

– То есть?

Я тоже одарила ее выразительным взглядом.

– Ну, то есть вы сейчас расскажете мне, что же вы действительно хотите от Геннадия? Вот только не нужно сейчас мне снова повторять легенду о косметическом салоне!

Солодовникова предостерегающе подняла руку.

– Насколько я поняла, вы таким образом решили предпринять попытку связаться с ним, не так ли?

Солодовникова улыбнулась, но ее улыбка была больше похожа на оскал.

Я не стала спешить с ответом. Да, следует признать, что мою легенду про косметический салон эта особа раскусила. Ну, что же, бывает… Однако то, что Елизавета, хотя и не поверила мне, однако все-таки назначила встречу и вот сидит здесь, передо мной, свидетельствует о том, что что-то ее заинтересовало в моем предложении. Ладно, придется перестраиваться прямо на ходу. Я позволила себе усмехнуться, стараясь не выглядеть высокомерно.

– Вы правы, Елизавета, – начала я. – На самом деле мне нужна от Геннадия не реклама, а нечто другое.

Я сделала многозначительную паузу. Елизавета так и впилась в меня взглядом.

– Вы делаете гениальную паузу, прямо по Станиславскому. Браво! – Солодовникова не выдержала.

– Да нет, Елизавета, – я покачала головой.