– Это дядя Сёма, да? – услышал он детский голосок. – А это Абрамчик Брук. Папа велел вам сказать, что дело швах. Его звонить не пускают, тут какие-то люди у нас. Шлимазоло, думают, что Абрамчик Брук не умеет звонить по телефону. Да чтобы они знали, у него своя «Моторола». С модемом и полифоническим звонком. А ещё он умеет…

    – Спасибо, маленький, – не дал ему выговориться Песцов, – расти большой.

    Мигом раскурочил трубку, вытащил сим-карту, чтобы враг не определил координаты, и продолжил сборы. Собственно, осталось немного – наложить грим, одеться в тему и повесить сумочку на плечо. Ну а дальше – ноги, ноги, ноги. До самой до бразильской глубинки… А пока до ног не дошло, Песцов работал руками и головой. «Ну вот, начинается, – думал он, – это первый звонок, ничто на земле не проходит бесследно, ещё хвала Аллаху, что есть талантливые еврейские дети, смышлёные не по годам. И ещё спасибо Хайму, что не бросил, предупредил. С него-то самого как с гуся, не в курсе, не при делах…»

    Глубокие места, чтобы отлежаться в ничем не потревоженной тине, у Песцова имелись. Рвать когти надо без суеты. Выждать время, а потом не грех и к обезьянам. Собственно, всё не так уж и плохо. Денежки – весь лимон – надёжно пристроены, преследователей в прямой видимости покамест не наблюдается (тьфу-тьфу-тьфу)… Главное, больше не напороть косяков, а для этого – шевелить мозгами и доверяться инстинктам. Только не тому, кинематографическому основному, в котором корень всех наших проблем…

    Скоро за дверь выскользнул потрёпанный бородатый россиянин, вполне соответствовавший хрущобной прописке. И, напрочь осиротив «Калину», отправился ловить такси. Ехать надо было на север, в спально-криминальный район. Там он собирался затаиться в резервной берлоге – запущенной в доску, однако никоим образом не засвеченной, снимаемой по сложной схеме. Плевать, что обои лопухами и грязный паркет раком. Зато чужие здесь не ходят. Кроме тараканов, конечно.

    Неуют действительно впечатлял, но фиг ли привередничать, когда за тобой гоняются с намерением открутить голову, да не уголовники, позарившиеся на лимон, а кое-кто посерьёзней.

    Хрипящий трёхпрограммник на кухне с готовностью ввёл его в курс новостей. У нас, оказывается, собрался Совбез, у них совещается НАТО, куда-то там попёрся шестой флот, в Европе начинаются манёвры. Опять активизировался Бен Ладен, закрыто что-то обсуждали в ООН, «Большая восьмёрка» готова экстренно собраться, пророк-отшельник спустился в Тибете с гор. Говорит, всем хана, грядут великие перемены.

    «Они что там, с цепи сорвались?» – вяло удивился Песцов и выдернул шнур. У него в запасе был Интернет, при посредстве сотового с ни разу не пользованной симкой.

    В личном почтовом ящике оказалось всё как всегда. Ему предлагали купить землю в Подмосковье, съездить в Турцию и Египет, обогатиться с помощью личной пивоварни. Ну и, естественно, запастись виагрой, виагрой, виагрой на сто лет вперёд. Собственно, письмо было всего одно. Вера Дмитриевна безропотно спрашивала, на какую примерно дату начинать записывать клиентов. Послание просто кричало, исходило сердечной тоской: «Сёма-а-а-а! Приезжа-а-ай! Соскучила-а-ась…»

    Песцов искренне растрогался, что с ним нечасто бывало, однако ответное письмо написал уклончиво, дескать, пока всё совсем неизвестно. Врать Верочке было стыдно, но что поделаешь? Жить-то охота…

    В рабочем ящике, куда не проникал докучливый спам, было вообще пусто. Ну и слава Аллаху.