— Почему? — она сосет трубочку, не поднимая на меня взгляда.

—  Во-первых,  нет  никаких  причин  для  нахождения  этих  женщин  на  игре,  они

доставляют одни неприятности. Во-вторых, на кой черт мне приводить женщину туда, где

уже есть женщина, которую я хочу?

После моего признания Пенелопа почти до конца осушает бокал с коктейлем

— Все, — говорит нервно.

Наклонившись  вперед,  притягиваю  ее  ближе,  так  что  она  оказывается  между  моих

ног, закидывая свои на мои. Я забираю пустой бокал и соблазнительно шепчу ей на ухо.

— Ты пытаешься впечатлить меня своими сосательными способностями, Пенелопа?

Потому что если да, то отлично работает.

Небрежно, пытаясь не привлекать внимания, я провожу ее пальцами по ткани своих

зеленых плавок, позволяя ей почувствовать мое возбуждение.

— Черт, — бормочет она, не смотря мне в глаза.

Продолжая держать ее за руку, соединяю наши ладони и переплетаю пальцы. Зачем?

Понятия не имею. Я понимаю только то, что хочу чувствовать еще больше тепла от ее кожи.

— Что ты делаешь, Гевин? — она почти шепчет.

— Убеждаю тебя, что ты должна пойти со мной на свидание.

— Свидание? — переспрашивает пронзительно.

Собираюсь ответить, когда над нами нависает тень. Поднимаю голову и вижу перед

нами Рамоса, с обеих сторон от которого стоят женщины.

Боже, можно подумать, что он пытается подражать королю мафии. Но к несчастью

для него, меня не проведешь.

— Сент, ты вылез из своей пещеры. Я начал думать, что ты решил стать отшельником.

Какой же он придурок.

Скотт  и  Дэвис  прерывают  разговор  и  сосредотачивают  внимание  на  мудаке  перед

нами. Скотт знает все о Рамосе и его неудачных попытках спровоцировать меня. Он каждый

раз пытается как-то поддеть меня.

—  Рамос,  как  всегда,  счастлив  встрече,  —  пытаюсь  отшить  его  кивком,  но  это  не

срабатывает. Он не двигается и с места.

— Поговаривают,  что вернулся Харли и жаждет  крови. Он  уже начинает  вызывать

тебя на бой.

Харли Сент Джеймс. Второй лучший игрок в мире. Он проиграл мне в Монте-Карло.

Я поймал его на блефе и поимел. Вероятно, самая запоминающаяся победа в моей жизни.

Все остальное с ней несравнимо. Харли был хорошим конкурентом, и я бы не прочь снова

с ним сразиться.

—  Я  готов  принять  вызов,  —  заявляю,  поглаживая  ладонь  Пенелопы  большим

пальцем.  Она  напряглась  из-за  внезапного  появления  Рамоса,  поэтому  я  стараюсь  ее

успокоить.

Оглядывая нашу компанию, Рамос приподнимает очки, когда замечает рядом со мной

Пенелопу и наши соединенные руки. Улыбка растягивается на его лице.

— Что здесь происходит? — он указывает на наши руки.

— Не твое дело, — отвечаю, когда Пенелопа пытается отстраниться, но я не позволяю.

Продолжая смотреть, Рамос потирает подбородок, задумавшись.

— Ты собираешься остепениться, как твой отец?

Именно так, сам того не подозревая, он ударяет туда, куда не целился. Скотт ерзает

на месте, готовый вступиться, но я останавливаю его. Рамос как раз и ждет такой реакции.

— Полагаю, тебе пора, Рамос, прежде чем Грэхем занесет тебя в черный список на

неопределенный срок.

Запрокинув голову назад и рассмеявшись, Рамос начинает уходить, но затем кричит

через плечо:

— Каков отец, таков и сын.