– Они не хотели давать тебе твоего оружия раньше, чем ты покинешь стоянку, – пояснил он Киру, – но сейчас они его принесут. Мои воины опасаются тебя – уж слишком ты быстр и ловок. Я удивлен, что ты легко дал себя схватить.

Кир разрезал ремни на руках у Илы, по‑прежнему держа кочевника за плечо.

– Твои воины застигли меня врасплох, о великий. Я слишком крепко позволил себе спать.

Кочевник довольно рассмеялся:

– Ты убедился, как бесшумно мои воины могут подкрадываться. Скоро ты узнаешь, что и в скачке им нет равных.

Они вышли из шатра. Кир старался держаться так, чтобы между воинами с луками и ним находился глава кочевников. Нож он держал так, чтобы было видно, что он готов пустить его в ход. Он почувствовал неприятный зуд на спине и сказал кочевнику:

– Я чувствую, что твои люди находятся и сзади. Они по‑прежнему хотят убить меня. Я думал, мы обо всем договорились.

– Они просто тревожатся за меня,‑засмеялся тот– Давай прощаться, чужеземец, теперь мы встретимся только тогда, когда окончится охота.

Кир подсадил Илу на коня и вскочил сам.

– Хорошей охоты тебе, о великий, – сказал он, поклонившись, и тронул коня. Они медленно миновали вооруженных воинов и пустили лошадей вскачь.

– Ты веришь ему? – крикнула встревоженно Ила, – Они догонят нас и снова схватят.

Кир криво улыбнулся окровавленными губами.

– Может быть. Но теперь у нас есть лошади и время, чтобы добраться до хранилища, а не так давно у нас не было даже надежды на освобождение. Нам нужно спешить, мы должны добраться до хранилища раньше, чем просвистит первая стрела. Не жалей лошадей.

Скоро лошади стали уставать, и они вынуждены были сбросить скорость. Ила ехала первой, выбирая направление. Звук маяка в голове становился громче, но по‑прежнему впереди была только степь. Иле становилось страшно, она понимала, что все теперь зависит от нее.

– А что, если мы едем не туда? Что, если никакого хранилища нет? – крикнула она. – Что мы будем делать тогда?

Кир ободряюще улыбнулся:

– Мы должны верить, что все делаем правильно, что боги помогают нам, иначе мы погибнем. Мы не можем ничего изменить. Мы просто делаем то, что можем.

– Я не верю богам. Почему они выбрали меня, а не кого‑нибудь другого?

Кир подъехал ближе и, наклонившись, погладил ее по щеке.

– Мы уже давно не выбираем дорогу, мы просто по ней идем. Все будет хорошо. Мы все еще живы, и удача пока не отвернулась от нас. А потом я обязательно что‑нибудь придумаю, когда будет совсем плохо. Пока мне это удавалось, ты согласна?

– Да. – Ила смахнула слезу и улыбнулась, – Спасибо. Извини, я испугалась.

Скоро они наткнулись на небольшой ручеек, где напились и промыли рану на голове Кира. К счастью, она оказалась не такой страшной, как показалось Иле утром. Был содран всего лишь небольшой клок кожи на лбу, глаз не пострадал. Зубы тоже оказались целы, хотя губы продолжали кровоточить.

– Как получилось так, что ты их не почувствовал? – спросила Ила.

Кир поморщился:

– Мне снились странные сны, и во сне я не смог различить настоящую реальность от призрачной.

– А что тебе снилось? – спросила Ила. Кир смущенно улыбнулся:

– Мне снилось то, чего не может быть.

– А все‑таки…

– Мне снилось, что я вернулся в свой мир.

Ила засмеялась:

– Да, это совсем не похоже на правду.

Кир вздохнул, потом сел на землю и закрыл глаза. Прошло минут пятнадцать, прежде чем он встал.