— Я покажу.

Дженкс прошел, нет, прошествовал по столу, тыкая кончиком своего меча в мешок с мелким песком.

— Это похоже на материал, который ты используешь для вызова Ала.

Кивнув, я откинулась на спинку стула. Возможно это еще одно доказательство того, что демонская и дикая магии имеют один источник?

Быстро двигаясь, Ландон начертил на кофейном столике круг размером с тарелку; песок с шипением падал вниз в плавном движении, говорящем о годах практики. Треугольник вокруг него лег так, чтобы границы касались его в трех местах, потом появился еще один круг, объединяющий три символа вместе. Прозрачный кристалл отправился в один из пробелов между внешним кругом и треугольником, узелок волос в центр. Если бы это была демонская магия, он бы, вероятно, захотел поместить что-нибудь в крошечное место над ним.

— Эм…, - Ландон поднял взгляд, замешкавшись. — Мне нужно что-то недавно умершее. Чем свежее, тем лучше.

— Беру свои слова назад, — сказал Дженкс. — Это совсем не похоже на вызов демона.

— Тебе нужен труп? — спросила Айви в ужасе.

— Нет! — Остроконечные уши покраснели, Ландон поморщился. — Жук. Муха. Все, что когда-то жило. Она должна что-то оживить. Или кто-то из вас хочет добровольно стать ее сосудом? — спросил он. — Это то, что сделал Бэнкрофт.

Мой подбородок поднялся. Не удивительно, что Трент не хотел об этом говорить. Мертвецы обычно использовались в черной магии.

Дженкс поднялся в воздух, его пыльца была зловеще зеленой.

— На закате Джумок убил колибри. Я сейчас вернусь.

Хорошо, мне это действительно не нравилось.

— Твоя Богиня беседует с тобой через зомби? — спросила я, и Ландон нахмурился, игнорируя меня, и воспользовался магазинной карточкой, чтобы поправить песок, который рассыпал ветер от крыльев Дженкса. — Я спросила, твоя Богиня общается с тобой через зомби? — повторила я громче, и Дженкс вернулся, спасая его от ответа.

— Она мертва около часа, — сказал пикси, бросая птицу с тихим стуком.

— Идеально. Нейроны будут все еще активны.

Я наблюдала с растущим отвращением за тем, как Ландон спокойно передвинул крошечное тельце на вершину треугольника, помещая его внутри большого круга, но за пределами маленького.

— И ты еще сомневаешься в моих моральных качествах? — пробормотала я.

Бис передвинулся, и я не удивилась, почувствовав, как Ландон встал на мою лей-линию на заднем дворе. Мой нос сморщился. Вообще-то, это была не моя линия, но ей больше никто не пользовался. На самом деле она принадлежала Тритон. Мое беспокойство возросло, когда глаза Ландона с возбужденной настойчивостью отыскали мои, рассыпчатые песочные линии, казалось, начали пульсировать, и он пробормотал:

— Ta na shay. Ta na shay, enmobeana. Ta na shay, mourdeana. Ta na shay, eram. Ta na shay.

Его дыхание, шептавшее слова кончилось, но странный ритм, который он отстукивал продолжился, что-то вроде: три удара, два удара, три удара, три удара.

Я напрягла плечи, скривив губы, когда что-то не совсем неприятное медленно проползло сквозь меня.

— Эм, — сказал Дженкс, паря рядом с Айви. — А ваши ауры должны так светиться?

— Моя аура светится? — спросила я, паникуя.

— Да, — ответил Ландон, не прерывая ритм. — Это означает, что вызов идет. Тихо. Ta na shay, Enmobeana.

Я вздрогнула, когда Дженкс опустился на мое плечо.

— Он тоже светится, Рейч. Думаю, все в порядке. О. Эй, перестало!

— Да? — пискнула я, чувствуя, как что-то словно отшелушившивается от меня, пощипывая как оторванная от ранки корочка.