Его рука на моей дрожала. Мой Бог. Единственный раз в его жизни он отбрасывал то, чего от него ждали, и следовал за… своим сердцем.

— Ты не можешь этого сделать, — прошептала я испуганно. — Все ожидают…

— Я уже это сделал, — его челюсть сжалась. — Я больше не хочу, как проще. Это ничего не стоит и сияние не длится долго. Но ты уже знаешь об этом.

Этого не должно быть. В смысле, я замечала признаки, видела их и мы договорились…

— Почему ты это делаешь? — спросила я, вспышка злости окрасила мои слова. Это не справедливо! Мы договорились! Зачем он размахивал этим передо мной, зная, что это невозможно?

— Ты знаешь, кто я такая!

Выражение лица Трента стало серьезным, и его рука почти соскользнула с моей.

— У меня было много времени подумать об этом.

— У нас ничего не выйдет!

Он посмотрел вниз, затем в отчаянии вскинул голову, сжав пальцы на моей руке.

— Я не прошу тебя выйти за меня замуж, Рэйчел. Я просто…

Мое сердце колотилось, и Трент шагнул ближе — так близко, что меня окутал запах корицы и вина.

— Мне нравится входить в комнату и видеть, как твое лицо оживляется при виде меня, — ответил он настойчиво. Солнечные лучи из открытого окна заставляли его волосы светиться, — Мне нравится спорить с Квеном над тем, разумно ли использовать демона в качестве моего охранника.

Мое горло сжалось. Этого не произойдет, но что-то во мне ослабевало. Я хотела больше — и я знала, что не могу этого получить.

Трент коснулся моих волос, и я вздрогнула, когда он заправил прядь волос мне за ухо.

— Я хочу просыпаться рядом с тобой и видеть твои кудри на своей подушке. Я хочу иметь шанс на влюбленность.

Мое дыхание ускорилось. Я тоже разделяла его желания, и это причиняло гораздо больше боли, чем, по-моему, можно было пережить.

— Прекрати, — прошептала я, с трудом выдыхая это слово. — Я не могу. Не делай этого.

Я ничего не могла поделать и слеза выскользнула наружу. Трент обнял меня, и я начала всхлипывать. Его сила, окутывающая меня, была такой приятной, такой настоящей. И она была не моя.

«Почему нет?» — спросил мистик, и я не смогла ответить.

— Пожалуйста, остановись. Уходи, — шепнула я заплаканным голосом.

Но он не уходил.

— Я знаю, ты напугана, — сказал Трент, покачивая меня так медленно, что это почти совсем не было движением.

— Я не боюсь, — ответила я, зарываясь головой в его плечо, касаясь его, чувствуя объятия, находя силу, хотя от этого было еще больнее.

— Боишься, — сказал он, его слова успокаивали меня. — Я хочу любить кого-то. Думаю, что возможно уже люблю.

Я рывком выдохнула, и оттолкнула его. Любовь?

— Ты ублюдочный сын! — воскликнула я, и Трент с удивлением уставился на меня, — Как ты смеешь заходить в мою кухню и говорить, что возможно любишь меня. Ты знаешь, что это не сработает! Эльфы этого не хотят. Демоны этого не позволят! Если мы это сделаем — ты потеряешь все!

— Да будь я проклят, — произнес Трент, его шок сменился восхищенным удивлением с явным намеком на веселье. — Я наконец узнал, чего ты боишься, Рэйчел Морган, и почему продолжаешь проводить время с мужчинами и женщинами, которые не могут дать тебе того, что тебе нужно.

— Я не боюсь, — сказала я, ужаснувшись. — Я реалистка!

— Ты боишься, — сказал он спокойно.