— Ай. Рэйчел? — проговорил он, его спокойный голос проникал сквозь меня. — Можешь начать паниковать через минуту, но, пожалуйста, пока не двигайся.

Он поморщился.

— Пожалуйста?

Я выдохнула, смутившись на короткое мгновение.

Я все еще чувствовала его вкус на своих губах. Мое сердце быстро билось в груди. Я только что занималась сексом с Трентом. Очень хорошим сексом. Я стала рассматривать его тело, начиная расслабляться, пока смотрела на линии его мышц.

Ну конечно это был хороший секс. Мы оба думали об этом в течение почти двух лет. Я подняла руку, чтобы коснуться его кожи. Выражение лица Трента изменилось, он тоже расслабился.

— Так лучше, — сказал он, улыбаясь и наклоняясь вниз, чтобы подарить мне нежный поцелуй. Не заботясь о последствиях, я склонила голову, возвращая его. Я была истощена, но мой разум работал. Я не знала, что думать. Мистики были сонными, замолчав наконец.

— Перестань думать, — потребовал Трент, его губы легко касались меня, произнося это. — Этот диван выдержит двоих?

— Гм…

Он начал двигаться, и я потянулась схватить его, удерживая нас вместе, когда Трент опустился, ложась рядом со мной. Постепенно он перестал морщиться. Я до сих пор не выпускала его.

— Да, может, — сказал он с облегчением, находя удобное положение для ожидания. Он улыбался мне, находясь в дюймах от меня, и неожиданно я почувствовала робость.

— Привет, — улыбнулся он, заправляя прядь моих волос назад.

— Прости за это, — сказала я, глядя на красную отметину, которую я оставила на его плече. — Давненько я этим не занималась. Гм, чем дольше ждешь, тем он лучше.

Но Трент это знал. Я лепетала ни о чем.

— Думаю, это был комплимент, — мужчина привел в порядок мои волосы, наслаждаясь этим. — Я вижу, о чем ты думаешь, и пока ты сама этого не захочешь, ничего не изменится.

Но я смотрела в его глаза, и могла сказать, что он хотел, чтобы все изменилось. Меня тут же пронзил удар паники, и я села, застряв между диваном и им.

— Ай! — воскликнул Трент, отодвигаясь от меня. — Рэйчел, мы должны поработать над слаженностью действий.

Вжавшись спиной в подушки, я схватила шерстяное покрывало, чтобы прикрыть себя. В окно на нас смотрела лошадь.

— Как ты можешь так говорить? — напомнила я, немного отодвигаясь от него, но поскольку он был между мной и полом, это почти ничего не изменило.

— Ничего не изменится. Ты знаешь, что это принятие желаемого за действительное. Мы только что занимались сексом, и я не стану говорить, что это было ошибкой и делать вид, будто этого вообще не было!

Трент сел прямо и поставил локти на колени, беря себя в руки.

— Я не это имел в виду. И мне ненавистна мысль о том, что ты можешь посчитать это ошибкой.

Он снял ботинки, затем штаны. Наклонившись через расстояние между нами, он положил руку на мою шею, притягивая меня, чтобы подарить ободряющий поцелуй.

— Все будет в порядке.

Я начала понимать, что Трент относился к типу мужчин «все или ничего», и я видимо подпадала под все категории. Я думаю, за последние пять минут он прикасался ко мне чаще, чем за весь прошлый год, ослабив свою железобетонную спокойную сдержанность. Моя легкая головная боль начала рассеиваться. Это…могло сработать. Я нуждалась в прикосновениях, а он должен был к кому-то прикасаться.

— Конечно, — проворчала я. — Тебе легко говорить. У тебя вокруг дома есть большой забор. А у меня за две улицы отсюда находятся новостные фургоны.

Его касания вызывали мурашки на коже.