— Итак, ваше представление о реальности состояло в том, что космическое пространство представляет собой массу резко искривленных вихрей, которые встречаются там повсюду. Вся Вселенная по размеру не превышает нескольких сотен световых лет полета. Звезды конденсируются и развиваются — вы могли быть свидетелями каждой ступени этого процесса, — но хаотически, без всякой последовательности. Мне удивительно, что вы дошли до гравитации и гиперпривода. Хотелось бы мне обладать достаточными научными знаниями, чтобы оценить некоторые из законов и констант из вашей физики. Но вы прокладывали себе дорогу вперед. Я полагаю, что тот факт, что вы знали, что некоторые вещи возможны, был очень важен для ваших дальнейших успехов. Ваши ученые продолжали стряпать теории и получать финансирование, вопреки теоретическим тонкостям, пока не создали что-то, что сработало.

— Угу-у-у-у… в самом деле, все так, — сказал Хирн слегка сконфуженным тоном. Грейдел хихикнула.

— Ну, тогда «Макт» заблудился и появился в открытой Вселенной, которая была совершенно необычной, — сказал Лори. — Вам нужно было дать себе отчет в том, что вы видели. Как любой ученый, вы цеплялись за общепринятые теории насколько это было возможно — совершенно правильный принцип, который мой народ называет «бритвой Оккама». Могу представить, что понятие случайных времен и пространств с изменяющимися параметрами выглядит вполне логичным, если вы привыкли считать Вселенной пространство с чрезвычайно небольшим радиусом. Вы можете зайти в тупик относительно тс го, как вы умудрились выбраться из одной неразберихи и попасть в следующую, но осмелюсь сказать, вы сочинили очень соблазнительное объяснение.

— Согласен, — сказал Хирн. — Если примем за постулат мультипространственную…

— Не важно, — сказал Лори. — Это совсем не нужно. Мы можем дать отчет об этих фактах более простым языком.

— Как? Я уже размышлял над этим. Я думаю, что могу принять идею о Вселенной в поперечнике в биллион световых лет, в которой звезды образуют галактики. Но наше родное космическое пространство…

— Это плотный туманный кластер. И следовательно, у него не может быть определенных границ. Вот что я хотел сказать, говоря, что мы уже находимся в нем. По крайней мере, в самом его тонком конце. — Лори указал на взвешенное бриллиантовое великолепие, которое поднималось над этими просторами, следом за красными и синими солнцами, — Вон там находится основное тело, и Киркасант должен быть где-то там. Но эта система здесь приходит во взаимодействие с другой. Я проверю траекторию движения и узнаю.

— Я бы смог воспринять подобную картину на Сиреви, — сказал Хирн. — Но Ванданг был таким настойчивым, утверждая, что подобного звездного кластера не может быть. — Лори смог разглядеть презрительную усмешку под стеклом шлема, — Я думал, что он принадлежит к главенствующей цивилизации и знает, о чем говорит.

— Так все и было. У него просто менее развито воображение, — сказал Лори, — Видите ли, то, что мы имеем здесь — это глобулярный кластер. Это — группа, составленная из звезд, находящихся недалеко друг от друга в объеме пространства в форме грубой сферы. Могу представить, что ваше имело четверть миллионов звезд, упакованных в пространство в пару сотен световых лет в диаметре.

— Но подобные глобулярные кластеры неизвестны.

Те, которые нам знакомы, располагаются в основном за галактической плоскостью. Пространство внутри них гораздо чище, чем в спиральных арках, — почти чистый вакуум. Отдельные звезды — красные. Любые звезды, масса которых превышает минимальную, относятся к разряду высшего порядка.