Да, пока мы ехали, я не успел ничего рассказать. Да и без толку было бы, ведь родители отходили после снотворного «Тумана».

— Весьма польщён, Ваше Величество, — я сделал лёгкий поклон. — Я старался.

— О да, моя дочь, юная принцесса, прямо-таки заслушивается вашей музыкой, — на лице Романова впервые появилось подобие улыбки. — Более того, она подсадила на это мою жену. Да чего там говорить, — махнул рукой и посмотрел в окно, — мне тоже нравится.

— Это честь для меня, Ваше Величество, — ответил я. — Но хотелось бы поговорить о другом.

— Да, ты прав, — он снова уставился на Болконского. — Итак, что же произошло, Андрюша? Почему ты предал меня?

— Никогда, Ваше Величество, — генерал попытался встать, но я надавил на него телекинезом, и том с хрипом опустился обратно. — Я никогда вас не предавал! Это всё они, — ткнул связанными руками в нашу сторону, — Ростовы! Вы же знаете этих выродков! Давно надо было…

— Заткнись, — спокойно произнёс Романов, но Болконский мигом потерял голос. Он раскрывал рот, но оттуда не доносилось ни звука. От страха генерал выпучил глаза, переводя взгляд с императора на нас. — Будешь говорить, только когда я разрешу, — после опять ко мне. — Мне доложили, что у тебя есть доказательства, Влад. Это правда?

— Да, Ваше Величество, — я достал из кармана ту самую заветную флешку со скачанными документами. Ещё в лаборатории я забрал её у Болконского, чтобы точно не потерять. — Данные были взяты у Натальи Дмитровой. Правда, незаконным методом.

— Украли? — Романов хмыкнул и взял у меня флешку. — Ладно, если здесь и правда то, о чём мне говорили, то никто даже и слова против не скажет, — взглянул на Болконского. — Что ты скажешь по этому поводу? Там ведь и о тебе есть информация.

— Никак нет, Ваше Величество, — он замотал головой. — Я же говорю, Ростовы сфальсифицировали…

— Молчать, — Романов взмахнул рукой, и генерал вновь потерял голос. — И вот как с ним говорить?

— Если позволите, Ваше Величество, — я шагнул вперёд и достал небольшую ампулу. — Это сыворотка правды, мой личный образец. Она развяжет язык любому упрямцу.

— А оно его не убьёт? — скептически спросил император.

— Мы здесь без оружия. Если вы пожелаете, то нас арестуют уже через минуту.

Романов улыбнулся, соглашаясь с моими мыслями, и кивнул.

— Ладно, дерзай, юнец.

Я подошёл к генералу и грубо схватил его за подбородок. Мужчина дёрнулся, моя хватка казалась стальной. Открыв ему рот, влил всё содержимое колбы, отчего тот закашлялся. Но я не позволил ему выплюнуть, запрокинув голову Болконского, заставил проглотить всё до последней капли.

— Ого, — изумлённо протянул император. — А разве не надо колоть внутривенно?

— Моя сыворотка начинает работать практически сразу же, как только попадёт в организм. Я над этим старался, Ваше Величество.

— Молодец, — кивнул Романов и уставился на генерала. — Так что, Андрюша, будем говорить по нормальному или как?

— Вы не понимаете, — глухо прорычал генерал. — Я… — запнулся и со злобой посмотрел на меня. Я лишь кивнул, мол, продолжай. — Я хотел, как лучше для страны.

— Неужели? — император удивлённо вскинул брови. — Убив горожан?

— Я не знал, что Вебер подставил меня.