– Бывший майор Гончаров, бывший член Комитета, – в тон ответил Александр.

    – А-а, вот мне и показалось, что знакомый, – радостно произнёс тот же голос, и рядом завозились.

    Чья-то рука нащупала бок Гончарова, и он понял, что говоривший ощупью пролез к нему:

    – Я же Исмагилов, помните, товарищ майор?

    – Фёдор! – обрадовался Гончаров, припоминая весёлого шофёра из милицейского гаража, которого все звали чаще просто Федей. – Когда же мы последний раз виделись?

    – Да, считайте, где-то перед самой этой свистопляской.

    – Надо же, столько не встречались и вот при таких обстоятельствах свиделись. Видишь, как всё повернулось?

    – Обкакался ваш Комитет, вы уж извините, товарищ майор.

    Гончаров потёр жёсткий ёжик волос и шумно втянул носом воздух:

    – Я и без тебя понял…

    – Вы вот всё подстраивались под Филимонова, – критически продолжал Федя, демонстрируя знание местной политики последних лет. – Хороший мужик, он, конечно… был. Но для нынешних времён мягкий. А чего вы сами власть в свои руки не взяли?

    – Твою мать! – чуть не взорвался Гончаров. – Мне только что один придурок это же советовал! Значит, вам всем точно диктатура нужна?

    Федя вздохнул в темноте:

    – А это смотря какая диктатура! Иная, если человек хороший, даже очень может быть нужна.

    Майор тоже вздохнул:

    – Вот и мне сейчас уже кажется, что, может, и нужна. Правда, ещё больше закон жёсткий нужен, а это – немного иное, чем диктатура, я так понимаю.

    – Хм… – Фёдор шумно почесался. – Может, и так. А то ведь вы посмотрите, что творится, блин…

    Гончаров ничего не ответил, и какое-то время они молча болтались в темноте в такт подскокам машины на ухабах.

    – Вы-то, как сами, товарищ майор? – поинтересовался наконец Фёдор.

    – Да что я, – вздохнул Гончаров, машинально пожимая плечами. – Квартира-то у меня в Юго-Западном районе была, на Белореченской. Таким образом, семья осталась за Барьером. Вот так, в общем.

    – Ах ты, чёрт! – с искренней досадой сказал Федя. – То есть вы даже про них ничего и не знаете?

    – Откуда же знать?! Вон, Лобстер хочет помочь – подкоп туда сделать.

    – Да, – неопределённо протянул Федя, которому нечем было приободрить майора, – бес бы побрал этот Барьер.

    Странный феномен, прозванный «Барьером», возникший, как уверяли выжившие очевидцы, практически в момент первого удара, отсёк северо-запад и северо-восток областного центра от места службы Гончарова, а потому майор, да и любой другой, мог лишь гадать, что происходит там, с другой стороны упавшего на землю неба.

    С этой же стороны примерно на полкилометра от самого Барьера не выдержал почти ни один дом, и в черте города там простиралась полоса завалов, почти как на картинках из пособий по гражданской обороне, демонстрировавших последствия ударной волны после ядерного взрыва. К счастью, никаких иных поражающих факторов, например радиоактивного заражения местности, в данном случае не наблюдалось.

    Вообще свойства Барьера оставались совершенно необъяснимыми даже в отношении простых, казалось, вещей.