Следовательно, рассуждал Гришин, он привёз с собой или достал в Москве какой‑то передатчик.

– Я бы на его месте, – сказал высокопоставленный учёный из ФАПСИ, у которого за значительную плату консультировался Гришин, – воспользовался компьютером. Им всегда пользуются бизнесмены.

– Передающий и принимающий компьютер? – спросил Гришин.

– Конечно. Компьютер связывается со спутником, и через спутник компьютеры разговаривают друг с другом. Это информационная сверхвысокая связь – то, что называется Интернетом.

– Должно быть, через неё проходит огромное количество информации.

– Именно так. Но мы имеем соответствующие компьютеры. Вопрос в фильтрации. Девяносто процентов выдаваемой компьютерами информации состоит из болтовни и идиотской переписки друг с другом. Девять процентов – это коммерческая информация, компании обсуждают продукцию, цены, состояние дел, контракты, даты поставок. Один процент – правительственный. И этот один процент раньше составлял половину всей информации, летающей там, в высоте.

– Сколько закодированной?

– Вся правительственная и приблизительно половина коммерческой. Но мы можем расшифровать большинство коммерческих кодов.

– И где можно найти сообщения моего американского друга?

Сотрудник ФАПСИ, всю жизнь проработавший в засекреченном мире, знал, что не стоит задавать дополнительных вопросов.

– Вероятно, среди коммерческих сообщений, – сказал он. – Если это правительственные сообщения, всегда можно определить их источник. Конечно, не всегда удаётся расшифровать их, но мы знаем: они передаются из того или иного посольства, представительства, консульства. Ваш человек один из них?

– Нет.

– Тогда, вероятно, он пользуется коммерческими спутниками. Американское правительственное оборудование используется главным образом для того, чтобы следить за нами и прослушивать нас. Через него идут и дипломатические сообщения. Но сейчас там, наверху, крутятся десятки коммерческих спутников; компании арендуют время и связываются со своими филиалами во всех частях света.

– Я думаю, что мой человек передаёт из Москвы. Вероятно, и принимает тоже.

– Приём нам не поможет. Сообщение со спутника над нашей головой может быть принято в любом месте от Архангельска до Крыма. Мы можем засечь его только во время передачи.

– Итак, если бы русская коммерческая фирма захотела нанять вас для того, чтобы обнаружить источник, вы могли бы взяться за это?

– Может быть. Стоимость услуг будет высокой. Она зависит от количества людей, компьютерного времени, которые потребуются, и от того, сколько часов в день будет вестись наблюдение.

– Двадцать четыре часа в сутки, – сказал Гришин, – и должны быть задействованы все люди, какие у вас есть.

Сотрудник ФАПСИ посмотрел на него. Этот человек говорил о миллионах американских долларов.

– Вот это заказ!

– Я говорю серьёзно.

– Вам нужны сообщения?

– Нет, местонахождение источника.

– Это труднее. Сообщение, если его удалось перехватить, мы можем изучать не спеша, имея время на расшифровку. Источник подключается на какую‑то долю секунды.

На следующий день после беседы Монка с Николаевым ФАПСИ поймало сигнал. Сотрудник позвонил Гришину в особняк рядом с Кисельным бульваром.

– Он выходил на связь, – сообщил он.

– Вы перехватили сообщение?

– Да, и оно не коммерческое. Он пользуется одноразовым шифроблокнотом.