– Мне? – спросил. Соломин.

Он никогда не просил денег, и Монк догадывался, что оскорбит его, если предложит их. По выражению лица сибиряка Монк понял, что кольцо для него – нечто большее, чем вознаграждение за работу. Стоило оно сотню долларов, бирюза и серебро, найденное в горах Нью‑Мексико, и изготовлено мастерами индейского племени навахо.

Понимая, что обняться на людях невозможно, Монк повернулся и пошёл. Он оглянулся. Пётр Соломин надел кольцо на мизинец левой руки и любовался им. Таким Монк видел охотника с Дальнего Востока в последний раз.

«Армения» прибыла в Одессу и выгрузила своих пассажиров. Таможенники просматривали каждый чемодан, но они искали только антисоветскую литературу. Монку говорили, что они никогда не обыскивают иностранных туристов, если только не вмешивается КГБ, да и то лишь в особых случаях.

Монк вёз свою микропленку между двумя слоями пластыря, приклеенного к ягодице. Он закрыл чемодан, и его вместе с другими американцами гиды из «Интуриста» провели через все формальности и усадили в поезд, идущий в Москву.

На следующий день в столице Монк забросил свой груз в посольство, откуда его переправят домой в Лэнгли диппочтой, и улетел обратно в Штаты. Ему предстояло написать очень длинный доклад.

Глава 7

– Good evening, British Embassy, – произнёс оператор на Софийской набережной.

– Што? – отозвался озадаченный голос на другом конце линии.

– Добрый вечер, это английское посольство, – повторил оператор по‑русски.

– Мне нужна касса Большого театра, – сказал голос.

– Боюсь, вы неверно набрали номер, – сказал оператор и отключился.

Операторы, сидевшие у мониторов в штабе ФАПСИ – русском электронном подслушивающем центре, – зарегистрировали звонок, но более им не интересовались. Ошибочных звонков было на копейку пара.

В посольстве оператор, игнорируя вспыхивающие сигналы ещё двух звонков, сверился с маленькой записной книжкой и набрал внутренний номер.

– Мистер Филдс?

– Да.

– Это коммутатор. Только что кто‑то позвонил и спросил кассу Большого театра.

– Хорошо. Благодарю вас.

«Грейси» Филдс позвонил Джоку Макдоналду. Внутренняя связь регулярно проверялась специалистом из службы безопасности и считалась надёжной.

– Только что звонил мой друг из московской милиции, – сообщил он. – Он использовал код срочной связи. Ему надо перезвонить.

– Держи меня в курсе, – попросил резидент.

Филдс посмотрел на часы. Один час между звонками, и пять минут уже прошло. У телефона‑автомата в вестибюле банка, в двух кварталах от здания милиции, инспектор Новиков тоже посмотрел на часы и решил выпить кофе, чтобы заполнить оставшиеся пятьдесят минут. Затем он пойдёт к другому телефону, ещё на квартал дальше, и подождёт.

Спустя десять минут Филдс выехал из посольства и медленно направился к гостинице «Космос» на проспекте Мира. Построенный в 1979 году «Космос» считался современным – по московским стандартам, конечно, – и там, рядом с вестибюлем, был целый ряд кабин с телефонами‑автоматами.

Через час после звонка в посольство Новиков достал из кармана пиджака блокнот и, сверившись с ним, набрал номер. Звонки из телефонов‑автоматов – настоящий кошмар для контрразведчиков, практически их нельзя проконтролировать просто из‑за огромного количества.

– Борис? – Новикова звали Евгений, но когда он слышал «Борис», то знал, что на линии Филдс.