— Государь, отпустите на войну, нельзя терять времени! — упрашивал меня Петр Александрович Румянцев, как только зашел в кабинет.

— Я хотел бы перекусить. Не составите компанию, генерал-аншеф, граф Румянцев-Закавказский? — спросил я, ухмыляясь.

— Сочту за честь, Ваше Величество, — взял себя в руки генерал.

— Готовьте войско, Петр Александрович, когда случится Ваш выход, нужны будут только победы. Сейчас же учитесь применять новое оружие, те же ракеты. Мы должны будем ошеломить противника и не дать ему шанса вновь собрать силы, — сказал я, беря в руки колокольчик.

Илья не спрашивал, что именно я хочу, он только показался в двери и кивнул, что все понял и сейчас принесут. Сегодня на обед был плов.

— Как по Вашему мнению может себя показать «Дикая дивизия»? — спросил я после того, как пришло первое пресыщение.

— Это рискованное дело, Ваше Величе… — начал было говорить Румянцев, но я его перебил.

— Давайте без чинов. Во время обеда, который я разделяю с другом, хотел бы более откровенного разговора.

— Спасибо за оказанную честь, Петр Федорович, — Румянцев продолжил. — Искандер, коего Вы изволили назначить командиром дивизии, достойный офицер. Еще бы знать, что у него в голове. Не измышляет ли крамолу.

— За ним пристально наблюдает Тайная канцелярии. Его эпатируют, говорят об Османской империи, вынуждают к противоречивым действиям. Но Искандер держит лицо. Вот я и спрашиваю, нужен ли он такой нам? — сказал я, самолично наливая себе кофе.

Вообще я не злоупотреблял обслугой, по крайней мере со стола мог и сам себе взять и еду и напитки.

— Я не знаю генерала, который смог бы совладать с той вольницей, что могла бы иметь место в названной Вами «Дикой дивизии». Его слушают, а дисциплина такая, как, полагаю, была в армии Чингисхана — безупречная, — отвечал Румянцев.

— Прими Петр Александрович его к себе. Посмотри на переходах, подстрахуйся. Шешковский даст имена командиров, которые служат Тайной канцелярии. Я хотел бы видеть в Искандере человека, который станет поддерживать Россию в том числе и с деле взятия Константинополя. Мы не можем взять и убить всех мусульман на Балканском полуострове. Чем тогда мы станем отличаться от нехристей? Да, большинство уйдет, но с теми, что останутся нужно вести работу и для этого нужны примеры, как перевоспитанный османский командир. Нельзя получить пороховую бочку с зажженным трутом, но сохранить людей. Это подати, мощь нашей империи! — выдал я целую речь.

— Сделаю все от меня зависящее! — отвечал Румянцев.

— Ну а теперь скажите свои прогнозы о столкновении французов с англичанами, ганноверцами и Фридрихом, — сказал я, вкушая вкуснейший торт.

Я набирал массу, которая сильно просела после покушения.

Румянцев, будучи уже достаточно опытным военным выдавал один прогноз за другим. И я был большей частью с ним согласен.