— Завтра я жду у себя иерархов церкви! Если соглашения не последует и далее, многие лишаться своего сана, — бескомпромиссно сказал Миних и показал рукой на дверь.

Время разводить политесы не было. Еще не закончились бои в городе. Точнее Константинополь был взят, но еще шел штурм дворца султана. Там укрылось не менее семи сотен янычар и иных особо упорных почитателей османской власти, которых хотелось бы не изничтожить, но заставить подписать хоть какое-нибудь соглашение, пусть и под явным давлением со стороны России.

Целью было подписание договора с султаном и отпустить того в Малую Азию. Россия не могла взять полностью под контроль Османскую империю, на это просто не было ресурсов. Тем более, что на азиатской части былой империи предполагается более жесткое сопротивление. Пусть курды подымают восстание, войска под командованием Капниста освобождают армянские земли, но для того, чтобы полностью уничтожить Османскую империю, не было сил. По подсчетам Миниха нужно не менее триста пятидесяти тысяч войск. И даже полностью победив османов, прекратив само существование их государства, как кормить столько много людей? В любом случае экономика разладится.

Вместе с тем, империя уже никогда не будет прежней и в той географии, что Россия оставит туркам. Бывшая Блистательная Порта станет умирающим человеком. Вероятно, в будущем все турецкие земли станут вассальными российскому императору.

— Топкапы сняли флаги! — сразу после того, как вышел патриарх, в кабинет Миниха влетел его адъютант.

— Султан? — генерал-фельдмаршал не стал выговаривать за беспардонность.

— Убит! — сухо сообщил помощник.

— Плохо! И то нехорошо, что дворец Топкапы превратили в руины и то, что теперь нам не с кем договариваться. Что ж! Готовьте воззвание к жителям Константинополя и назначайте в каждом районе города ответственного. Списки мне на стол через час, — скомандовал Миних.

Генерал-фельдмаршал практически не спал трое суток. Были две атаки османов с целью прорваться в осаждаемый город, был удар и из самого Константинополя. Все это были проявления агонии. Но еще ничего не закончилось. Прибыл корабль, который отслеживал активность османов в районе Измаила. Турки снимаются с мест своей дислокации и устремляются к столице. Сражение за Константинополь еще только начинается. Но, Христофор Антонович был уже уверен, что отстоять город получится.

— Ваше Высокопревосходительство! К Вам просится некий… иудей, — сообщил слуга, который, по занятости адъютанта, выполнял работу помощника.

— Ну давай его… иудея, — Миних улыбнулся.

Генерал-фельдмаршал уже неоднократно имел дело с представителями этого народа, который имел феноменальную способность приспосабливаться к любым условиям жизни и взаимодействовать с разными системами управления. Вот и сейчас именно иудеи первыми прочувствовали неминуемые изменения и пришли на поклон.

— Господин, меня зовут Моисей Капсали, или Моше бен Элияху Капсали. Я, господин русский начальник, представляю народ Израиля тут, в Константинополе и не только, — Моисей за сказанные два предложения успел пять раз отвесить поклон, держась левой рукой за грудь.