Бесси Колман меж тем не скучала, ведя огонь по другому вражескому истребителю.

Еще одна порция пуль, и еще одна встряска «Развеселой Стратим». Галанчикова сжала зубы, стараясь удержать машину в строю и на заданном курсе.

– Yes!!!

Счастливый вопль известил миру о первом в мире истребителе, который был сбит чернокожей американкой.

– Да-а-а-а!!!

Это уже Ольга Мостовская вопит от восторга.

– Да-а-а-а! Боевое крещение, девочки! Да-а-а-а!!!

Римская империя. Рим. Квиринальский дворец. 25 сентября (8 октября) 1917 года

– Ваше величество, не соблаговолите ли вы назначить встречу вне стен этого дворца? Имею к вам конфиденциальный разговор.

– Что ж, мистер вице-президент, я приглашаю вас в палаццо Венеция, которое я тут купил по случаю. Наши службы протокола и канцелярии согласуют формат встречи и подготовят материалы.

– Боюсь, ваше величество, что вы не совсем верно истолковали мои слова. Я говорил о сугубо частной встрече, без служб протокола и прочей бюрократии. Тет-а-тет, как говорят наши французские союзники. С глазу на глаз.

– Понимаю. В любом случае место встречи остается неизменным – палаццо Венеция. Жду вас к себе в гости, господин вице-президент. Какую марку бурбона предпочитаете?

Австро-Венгрия. Будапешт. 25 сентября (8 октября) 1917 года

Марсель Плиа радовался как ребенок. Голубое небо, яркое солнце, свежий ветер, вражеская столица под ногами. Что еще нужно для счастья веселому полинезийцу?

Эх, остров-остров, он и забыл уже, как тот выглядит. Сначала вместе с матерью-служанкой в Париж, потом в Россию, в Петроград. Завод, потом вольноопределяющимся в армию, где пригодился его опыт механика, потом приметили его для авиации, а там уж и сам Игорь Сикорский взял в свою группу.

Насилу отпросился на фронт, война-то заканчивается!

Марсель усмехнулся белозубой улыбкой, вспоминая барышень из соседнего полка. Там были даже француженки! Впрочем, себя-то зауряд-прапорщик Плиа воспринимал уже практически русским, а вот они тут были точно как белые вороны! Хотя он там видел и черную – американку! С другой стороны, в Россию сейчас потянулись не только француженки и американки, кого тут только нет сейчас в женском полку – и итальянки, и британки, есть даже гречанки и испанки. В общем, все, кто хотел летать и кому местные законы не позволяли не то что в небо подняться, но даже на выборах проголосовать. Вот и едут активные и прогрессивные барышни в Россию.

Но эти хотя бы мечтают о том, что, получив опыт и славу, они смогут вернуться в свои страны и займутся политикой или общественной деятельностью, но ведь помимо буйных барышень в Россию целым потоком едут из той же Франции специалисты в разных областях, мастера, техники, инженеры. Да и предпринимателей немало, что решили, прихватив с собой свои капиталы, начать новую жизнь в России или в Ромее.

Услышав команду «сброс!», Марсель встрепенулся и проводил взглядом тучу зажигательных бомб, которые посыпались из люков бомбардировщиков их дивизии на Будапешт. Что ж, сегодня в городе будет воистину жарко.

Римская империя. Рим. Палаццо Венеция. Посольство Единства. 26 сентября (9 октября) 1917 года

Мы переехали из Квиринальского дворца в здание нашего нового посольства. В гостях, как говорится, хорошо, но сидеть в чужом дворце мне было категорически неудобно. Даже Маша, как мне показалось, с радостью выехала из родительского дворца, что уж говорить про меня и мою свиту.

Формально это было новое здание нашего посольства. Фактически же это была моя личная резиденция в центре Рима. К тому же пока наше посольство в Риме продолжало работать под новой вывеской «консульство Единства» в старом здании посольства России.