— Я помогу, — мой голос прозвучал спокойно и уверенно. — Просто делай, что я скажу.

Сам я не обладал склонностью к целительству, но в прошлой жизни десятки раз видел работу лучших магов-целителей на поле боя. Травмы, полученные в сражениях, часто бывали куда серьёзнее, чем у нашего шпиона.

Белозёрова кивнула, собираясь с духом, и осторожно приблизилась к пациенту. Глубоко вдохнула, концентрируя внимание.

— Сначала сосредоточься на лодыжке, — начал я инструктировать. — Изобрази в своём сознании кость целой, представь, как осколки соединяются, сливаются друг с другом. Направь энергию кристалла тонкой струйкой, как будто рисуешь кисточкой на полотне.

Девушка послушно выполняла мои указания. Кристалл в её руке начал светиться мягким изумрудным светом, от кончиков пальцев к лодыжке Тимура потянулись тонкие нити энергии.

— Не спеши, — продолжал я. — Начни с самых мелких осколков, постепенно переходи к крупным фрагментам. Кость должна срастаться естественно, иначе останется слабое место.

Альбинони, не сдержавшись, фыркнул.

— Магия! — пробурчал он. — Никакого уважения к искусству медицины! Чтобы стать настоящим врачом, я учился десять лет, изучал анатомию, практиковался день и ночь! А они… — он сделал широкий жест, — махнут рукой с кристаллом, не понимая, как устроено человеческое тело, и presto! Готово за секунды! Это оскорблением всей медицинской науки!

— Вы правы, доктор, — неожиданно согласился я. — Но сейчас нам нужен результат.

Черкасский терпеливо переносил процедуру, лишь изредка морщась от неприятных ощущений. Его взгляд был прикован к лицу Полины, которая, закусив губу от напряжения, направляла энергию в повреждённые ткани.

Когда лодыжка была излечена, мы перешли к носу, а затем к ране на груди. За процессом я следил внимательно, останавливая Белозёрову, когда она торопилась, и поддерживая, когда уверенность покидала её.

— Благодарю вас, сударыня, — тихо произнёс Тимур, когда всё было закончено. В его голосе звучала искренняя признательность. — И вас, господин воевода. Я не ожидал такой… заботы.

— Ты мне нужен здоровым, — ответил я прагматично. — Доктор Альбинони закончит лечение и проследит, чтобы ты полностью восстановился.

— О, теперь я должен доделывать работу после ваших магических экспериментов? — вскинул брови итальянец. — Прекрасно! Великолепно!

— За это вам и платят, — усмехнулся я, направляясь к выходу. — Полина, идём.

Мы вышли на улицу. Весеннее солнце приятно грело, растапливая ледяные узоры на лужах. Моя спутница выглядела утомлённой, но довольной — первый серьёзный опыт целительства явно придал ей уверенности.

— Спасибо за помощь, — сказал я. — Ты быстро учишься.

Она улыбнулась, и лёгкий румянец окрасил её щёки.

— Сколько тебе осталось до следующего ранга? — спросил я, переходя к интересующей меня теме.

Полина заметно смутилась, отводя взгляд. В мире магов такие вопросы считались слишком личными — словно спросить у дамы её возраст или вес.

— Зачем ты спрашиваешь? — в её голосе смешались удивление и настороженность.

— Потому что я могу помочь, — ответил я просто. — Ускорить твоё развитие и помочь получить следующий ранг.

В глазах Полины мелькнуло понимание, сменившееся надеждой. Здесь, в Угрюмихе, вдали от академии и наставников, её прогресс должен был замедлиться, а я предлагал обратное.

— Мне нужно около пятидесяти капель, — произнесла она наконец, решившись довериться. — Я закончила третий курс академии на уровне Ученика второй ступени.