— Маленькая хитрость, — продолжил он с лёгкой улыбкой. — В сердце каждого магофона — кристалл памяти с печатью владельца. Но между кристаллом и внешним контуром есть промежуточный слой, отвечающий за обработку команд. Если послать туда определённую последовательность импульсов, можно ввести устройство в режим аварийного восстановления доступа, когда все защиты временно отключаются. Этому… учат не в академиях.

Экран мигнул, и появилось меню.

— Готово.

Мы открыли раздел сообщений, и перед нами развернулась история последних дней отряда «Перуна». Магофон принадлежал старшему десятнику Стоумову Аркадию Олеговичу, командиру группы. Из переписки с неким сотником стало ясно, что заказчиком их миссии выступал человек, обозначенный инициалами Т. И. В.

Официальная цель экспедиции, озвученная рядовым бойцам, заключалась в картографировании Мещёрского капища и сборе образцов необычных Реликтов для исследований. Однако из конфиденциальной переписки Стоумова с сотником выяснилась истинная цель: поиск и извлечение некоего «особого Реликта», который, согласно данным заказчика, находился на третьем уровне подземелий капища.

За этот артефакт заказчик обещал заплатить две тысячи рублей золотом — колоссальную сумму. Сотник обещал Стоумову 20% за успех мероприятия.

Из отчётов следовало, что экспедиция численностью полтора десятка прибыла к капищу две недели назад и разбила лагерь с западной стороны. При первой попытке приблизиться они столкнулись с неожиданно яростным сопротивлением и понесли тяжёлые потери. Два мага, на которых строился весь план, выбыли из строя практически сразу из-за неудачного стечения обстоятельств.

Пробираясь мимо зарослей аномальной растительности, окружавшей капище, они случайно спровоцировали защитную реакцию местного Реликта. Из пульсирующих древесных стволов внезапно вырвалось облако ядовитых спор. Вдохнув токсичные испарения, чародеи потеряли контроль над собой. Их тела скрутили мучительные судороги, сознание помутилось, а конечности сковал временный паралич. Потеряв боеспособность в первые минуты схватки, маги стали бесполезны для отряда и лёгкой добычей для Бездушных.

Похоже, Скальд оказался прав. Если недооценить ту крапиву, можно стать её удобрением. Насчёт сорта данного Пустодрева у меня уже возникли определённые подозрения, но лишь увидев его вживую, получится понять, правильно ли я определил его разновидность.

Последнее сообщение было отправлено Стоумовым сотнику: «Принял решение отступать. Враг преследует. Ситуация критическая.» После этого — лишь входящие, оставшиеся без ответа звонки и сообщения от встревоженного начальства.

Василиса осторожно отвела меня в сторону, оглянувшись, чтобы убедиться, что нас никто не слышит.

— Т. И. В. — это, скорее всего, Терновский Игнат Всеволодович, — произнесла она еле слышно. — Начальник Министерства недр и ресурсов Московского Бастиона. Человек весьма себе на уме. Ходят слухи, что у него есть «чёрная касса» министерства, которую он весьма вольно использует для своих нужд.

— И что ему могло понадобиться в этой глуши? — спросил я.

Она покачала головой.

— Не имею представления. Никогда не слышала о каких-либо особо ценных реликтах, связанных с этим местом.

Я кивнул, благодаря её за информацию, и вернулся к вездеходу. Борис и несколько охотников уже пытались определить, насколько серьёзно машина увязла в болоте.

— Можно ли его запустить? — спросил я.

— Топливо в баках ещё есть, — ответил Борис, заглядывая в технический отсек. — И запас приличный. Если немного вытащить, думаю, поедет.

Я обернулся к отряду. На лицах бойцов читалась усталость после недавнего боя и тревога перед предстоящим штурмом. Нужно было поднять их боевой дух.