В отличие от повара и главной над служанками этот человек здесь был один, и я мог действовать открыто. Глядя ему прямо в глаза, приказал:

— Ты будешь говорить только правду. Всю правду.

Императорская воля ударила по его сознанию. Лицо доктора разгладилось, взгляд стал пустым.

— Что с князем? Отвечай.

— Я заметил симптомы отравления три месяца назад, — монотонно заговорил он. — Побледнение кожи, учащённое сердцебиение, металлический привкус во рту, о котором князь упоминал. Классические признаки медленнодействующего яда.

— Ты сообщил ему об этом?

— Нет.

— Но почему⁈ — резко спросила Василиса.

— Князь публично усомнился в моей компетенции на приёме, — продолжал доктор тем же ровным голосом. — Сказал, что я не способен вылечить даже простуду княжича Мирона. При всех придворных. Это было… унизительно. Я решил промолчать. Пусть страдает. Он это заслужил.

Гидромантка ахнула. Тимур покачал головой.

— Но яд не добавляли? — уточнил я.

— Нет. Я только не стал лечить. Говорил князю, что это стресс и возраст.

Я отпустил его сознание. Доктор моргнул, словно очнувшись от сна.

— Что… что произошло?

— Ничего, — ответил я. — Вы просто устали. Отдыхайте.

Мы вышли из медицинского крыла.

— Когда найдём источник яда, нужно будет рассказать твоему отцу и про лекаря. Держать такого человека возле себя чертовски опасно.

Голицына решительно кивнула.

В этот момент на магофон пришло сообщение от Коршунова. Я открыл его, пока мы шли по коридору.

«Информация получена. Яд называется „Тёмная немощь“. Производят только двое в Восточном каганате — мастер Юсуф из Сарай-Батыя и мастер Ахмед из Каракорума. Юсуф последние полгода не продавал в Содружество. Ахмед продал одну порцию в Москву три месяца назад. Покупатель — знатный человек, имя отказался назвать даже за крупную взятку. Сказал только, что боится этого клиента больше, чем моих людей».

Я не удивился скорости, с которой Родион получил нужные данные. Ещё при вербовке я дал ему чёткие указания: расширить деятельность на всё Содружество и создать собственное силовое крыло. За прошедшие месяцы он методично выполнял все поручения, выстроив полноценную разведывательную сеть. Теперь в неё входили торговцы на караванных путях, отставные военные в разных городах, чиновники в приграничных заставах, работники органов внутренних дел.

Все эти месяцы Коршунов методично плёл паутину информаторов, и теперь она начала приносить долгожданные плоды. После нашего последнего разговора о Восточном каганате я расспросил Родиона подробнее о его возможностях в этом далёком краю. Выяснилось, что кроме живущего там престарелого профессора, особенно ценным активом оказался торговец Исмаил, который регулярно совершал деловые поездки по маршруту Сергиев Посад — Восточный Каганат и имел связи среди местных акул среднего звена. Через него Родион мог получать сведения даже из-за пределов Содружества.

Я показал сообщение остальным.

— Три месяца назад, — задумчиво произнесла Василиса. — Как раз когда доктор заметил первые симптомы.

— Знатный человек, которого боятся даже в Восточном каганате, — добавил Тимур. — Это серьёзно сужает круг подозреваемых.

— У нас есть три кандидата с мотивом, — подытожила Полина. — Повар, гофмейстерина и… ну, доктор отпадает. Он только молчал.

— Но как узнать, кто из них купил яд? — Василиса нахмурилась. — Или это вообще кто-то другой?

Я остановился у окна, глядя на вечереющую Москву. Где-то там, в этом дворце, скрывался отравитель.