|
Хаотичное нагромождение всевозможных памятников, принадлежавших к разным эпохам и стилям вызывало смутное подозрение. Должны ли все эти изваяния находиться глубоко под многими пластами земли или все они украдены каким-то исполином и принесены сюда. Там где кончались искусно отделанные саркофаги, свободное пространство под суженым потолком принимало форму пирамиды. Просторная зала больше напоминала крипту. Света почти не было, но мраморные изваяния, расставленные повсюду выделялись на фоне тьмы яркой голубизной. На плоских каменных постаментах грациозно расположились два сфинкса. Обе женские головы, не взирая на львиное туловище, казались прекрасными. Каменный оракул в помещение был явно лишним. А при виде вылитого из бронзы ифрита с заостренными, нетопыриными крыльями по коже бежали мурашки. Несколько таких же уродливых истуканом терялись во мгле. Экзотический мир статуй не произвел на меня должного впечатления. Никс, как хищная кошка, прижавшийся к стене казался более таинственным и интригующим существом, чем все эти мраморные легенды.
Я еще раз оглядел в беспорядке расставленную коллекцию. Все эти истуканы были частью фольклора забытых цивилизаций и эпох. Я уже хотел спросить у Камиля, чего мы ждем, ведь кроме прялки, которая работает сама собой в крипте, нет ничего интересного. Не дожидаясь вопроса, Камиль шикнул на меня, вновь призывая к молчанию. Из темноты выступили шесть фигур, призрачных и неестественных. Первой вынырнула из тьмы Пантея, грациозно и легко, как танцовщица. Зеленое платье тускло светилось, будто оперение некой экзотической птички, распущенные волосы украшала корона. На белом кружевном фартуке алели несколько пятнышек, напоминавших кровь. Она плавно закружилась на одном месте, подставив лицо золотому дождю, посыпавшемуся с потолка. -- Пора за работу, - пропела она. Ее звонкий голосок пронзительным эхом отразился от каждой стенки. Дождик продолжал струиться, и золотая россыпь напоминала частички раздробленных червонцев. До этой минуту я и не знал, какой притягательной может быть магия фей. Я тайком подсматривал за пряхами, и каждая из них напоминала мне древнюю богиню. Вокруг стройной и хрупкой Пантеи закрутился неясный балет теней. -- Где ты была? - спросила у нее Шантель. -- В северных провинциях, - последовал певучий ответ. - Там сейчас холодно, цверги трудятся под землей, крестьяне мерзнут в избушках, чванливые феодалы выезжают на охоту. Так приятно сбить их со следа и заманить в овраг или бурелом. -- А я была далеко на востоке, вблизи тропических лесов, - зазвенела быстрая речь Клариче. Остальные на разные лады начали расхваливать юг и запад, просторы океанов и отважных мореплавателей, которые не боятся бушующей стихии. Они говорили о том, что побывали во многих частях света, но не нашли тех, кого искали. Выслушав их, Пантея с гордостью заявила. -- Одна высокородная дама умоляла меня оказать ей поддержку. Она хочет убрать со своего пути опасную соперницу. Чтобы сшить отравленный наряд, ей нужна наша пряжа. Пантея сняла с пояса свое веретено. В этот миг длинные, скользкие пальцы Камиля вцепились мне в рукав, будто давая понять, что скоро нам придется уйти с представления. Я успел увидеть, как Шантель послушно села на низкую скамеечку рядом с прялкой. Блистающая нить вместо того, чтобы ровно сматываться, кольцами ложилась на пол, создавая узор парчи. Весь этот роскошный материал они сумели создавать без ткацкого станка. -- Как это у них выходит? - шепотом спросил я у Камиля. -- Молчите, иначе они поймут где мы прячемся, - прошептал он мне в ухо. От долгого наблюдения за быстро крутящимся колесом у меня зарябило в глазах. Я взглянул поверх головы Шантель и заметил, что сфинксы за ее спиной ожили. Львиные когти царапали постамент, красивые женские головки зашевелись, стряхивая с волос пылинки и капельки золотого дождя. |
